Бриллиантовый холостяк

Короткие стрижки тоже были, и никто косо не смотрел.

– Видимо мода, – пробормотала уже вслух.

Расчёсываясь и пытаясь придать волосам хоть какую-то форму, я порадовалась – это куда проще, чем крутить локоны и сооружать на голове башни.

Потом был спуск вниз, на первый этаж, и тут видимо сработала память тела. Кухню я отыскала легко.

Толкнув массивную дверь, вошла в просторное, практически лишённое окон помещение. Пол был каменным, половину главной стены занимала печь, а вот крючки для посуды и посудные полки пустовали.

Ещё была компактная штука, напоминавшая обыкновенную плиту – именно возле неё возилась невысокая сутулая старушка в сероватом фартуке.

Заметив меня, пожилая женщина всплеснула руками и воскликнула:

– Ох, леди Алексия, садитесь…

Сесть предлагалось за единственный, грубоватый, но чисто выскобленный стол.

Не успела я расположиться, как передо мной поставили плошку с какой-то жижей, а ещё тарелку – на ней лежали уже знакомая лепёшка и вторая половинка вчерашнего яблока.

Стало грустно. Не из-за желудка, который ожидаемо сжался, а из-за всей этой ситуации.

– Вы ешьте, ешьте, – подтолкнула… ну, видимо, Зира. – Сейчас принесу чай.

Жижа оказалась съедобной, но совершенно невкусной овсянкой. Мне повезло в другом – кухарка сразу начала болтать:

– Уезжаете, да? Родовой артефакт передавать? Ох, горе-то какое. Но что делать, вы же теперь совсем подневольная.

О том, что жених не очень, я уже догадалась, а статус толстушки прозвучал впервые. Значит опекунша. Местных законов не знаю, но звучит юридически нехорошо.

– А… – попыталась подать голос я.

Внезапно не удалось. Зира продолжила, и слова лились даже не потоком, а водопадом. Я не сразу поняла, что собеседник старушке не нужен, она разговаривает с самим пространством. Моё присутствие – лишь подвод выплеснуть то, что крутится на уме.

– Когда отца вашего убили, когда все отвернулись, сколько было… ох, сколько. Добро, земли, ценности разные… А что теперь? Прислуга разбежалась, прежние друзья воротят нос, а эти-то… как коршуны налетели! Заморочили Офельку, а она – дурочка… Да ещё взятки давать пыталась. Зачем?

Дальше – больше, водопад усилился. Зира говорила довольно бессвязно, но общая картина проявлялась как материк из тумана.