Будешь моей (СИ)

Но ехать вот так тоже опасно.

— Нормально. Если не спешить, то терпимо.

Черное небо расчерчивает зловещий зигзаг молнии и тут же раздается оглушительный грохот. Я вскрикиваю и вжимаюсь в спинку кресла.

Сквозь шум бьющих по стеклу капель и шуршание шин слышу, как ухмыляется Юнусов.

— И что смешного? — оборачиваюсь на него.

— Странно, что ты боишься какой-то молнии.

— И почему это странно?????????????????????

— Потому что совсем недавно ты напала с осколком на здорового парня, а потом завалила мою не робкого десятка сестру.

Улыбаюсь, потому что, наверное, со стороны это действительно может казаться забавным.

— Ну, супергерои тоже чего-то боятся. Это нормально. Уверена, что у тебя тоже есть страхи.

— Нет, — уверенно отрезает Ратмир. — Я ничего не боюсь.

— Не может быть такого. ???????????????????

— Но это правда. ??????????????????

— А я уверена, что это не так, — из вредности стою на своем. Сложив руки на груди, оборачиваюсь на своего бесстрашного водителя.

— Ну и? Например????????????????????????

— Ты боишься выглядеть смешным и нелепым. Боишься потерять свой авторитет. Боишься быть самим собой и признаваться в чувствах.

— Чушь, — отрицает он, правда, уже не так уверенно. — Это не так.

— Это так.???????????????????????

— Настоящий мужчина ничего не боится. Совсем. Включая все то, что ты перечислила.

— Скажи еще, что настоящему мужчине зазорно плакать.

— Конечно! — с жаром подтверждает он.

— И это еще один твой страх. Обнажить искренние эмоции. Вообще, мне кажется, что ты сам запутался, какой ты настоящий. Тебе вложили в голову как надо, и ты вечно борешься с самим собой, чтобы держать планку крутого и бесстрашного.

Он какое-то молчит, внимательно глядя на залитую дождем грязно-серую ленту дороги. И я уверена, что он размышляет над тем, что я сказала. И даже согласен со мной, но слишком горд, чтобы в этом признаться.

— Может быть тебе надо было поступить на психолога? — с неуверенной усмешкой произносит, наконец. — Раз так любишь копаться в чужих мозгах.

— Может быть. Только вот у меня никто не спросил, чего я хочу. Впрочем, как и всегда, — вздохнув, отворачиваюсь к окну.

— Я настолько противен тебе?

— Что? — удивленно поворачиваю на него голову.

— Ты постоянно напоминаешь мне о том, что нас женят насильно.

— Сейчас я об этом не говорила.

— Но подумала.