Я вышла на воздух, обнимая себя руками. Не видела, но слышала, как шумели волны где-то в темноте берега. Здесь территория освещена, глаз радовали осенние цветы, а сосны пронизывали черное небо. Пахло увяданием.
— Свят, — услышала имя своего мужа и голос узнала, — мне есть, что тебе предложить, просто послушай. Вместе мы…
— Что за бред! — жестко прервал. — Мне это неинтересно.
— Но… — Диана пыталась что-то доказать ему.
— Избавь меня от своего присутствия и займись уже своим ментальным здоровьем. У тебя навязчивая идея.
— Потому что это любовь, Святослав. Никто тебя не будет так любить, особенно Ярина. Она Савицкая, она не способна любить Нагорного. Они все такие!
Я закусила губу, чтобы возмущенно не обличить эту ложь. Диана буквально одержима Святом, и это уже совсем не про любовь. Мне даже стало жаль ее. Никому не пожелала бы такого слепого чувства. Оно не сделает счастливой Диану. Но, главное, чтобы она не сделала несчастными тех, кто мешал ей в так называемом достижении цели.
— Ярина, — Святослав увидел меня и поднялся на террасу, где я стояла, — холодно, а ты раздетая, — скинул пиджак, по-хозяйски набрасывая мне на плечи, затем привлек к себе. — Мы сегодня плохо играли любящих супругов, — поцеловал нежно в уголок губ. — Как ты пахнешь, Яри… — я слышала, как дернулся его кадык.
— Диана, Снежана, Сандра пахнут иначе? — иронизировала, а внутри полный раздрай. Слишком много сегодня узнала и услышала.
— Ты же знаешь, что одна пахнешь моей самкой. Если бы я мог… — горько усмехнулся.
— Если бы я мог забыть тебя, оставить, не искать взглядом, я бы сделал это. Клянусь, сделал бы. Но я не могу, — сжал мои плечи. — Не могу!
— Как мило, — сладко улыбнулась. — Два года ты как-то жил без меня, — дернула плечом и, пользуясь присутствием гостей, высвободилась и ушла.
В банкетном зале звучали тосты и дарили подарки имениннику: один лучше другого. Губернатор — важный человек, практически такой же, как мой муж. У Святослава всегда было взаимовыгодное сотрудничество с представителями власти: он снабжает их деньгами, они закрывают глаза на все.
— Поздравляю вас, Эдуард Владимирович, — отец поднял тост, — желаю вам процветания, долгого и успешного нахождения на посту… — он неожиданно закашлялся, и слово взял следующий в списке дарителей. Раньше такую грубость отец не допустил бы и не стерпел, а сейчас молча отошел. Видимо, у Савицких действительно большие проблемы, и не только со здоровьем.
