Бывшие. Я тебя верну!

Я с футбола, она ужин накрывает, спинку потрет, если хорошо попросить. Ева на всю катушку использует свои двадцать минут мультфильмов. Потом покупаем, обсудим, как прошел день, дочь уложим и друг другом займемся…

– Ну наконец-то! – меня заметил Сашка, муж Олеси. – Что пропал?"

"– А-то ты не знаешь, – буркнул в ответ, но улыбнулся. Меня ждали.

– Да ладно, – сжал плечо. – Мы ж команда. А команде нельзя без нападающего.

Я переоделся в форму и вышел на поле. Темыч кивнул, стоя на воротах, палец вверх поднял, когда я включился в игру, пас мне отдал.

На полтора часа я все из головы выкинул и просто бегал за мячом, как Наташка это называла. В футболе она особо не разбиралась, но чемпионаты со мной смотрела, комментировала, чипсы ела. Подшучивала надо мной. Мне нравилось.

– Ты как? – в душевой Артем появился. Я выкрутил кран на полную, пар глаза застил, тугие струи хлестали спину обжигающей плетью. Напиться бы и забыться, но не могу. Не мое.

– Так себе, – выдохнул, протирая глаза. – Поговорить нужно, можем?

– Конечно.

Через двадцать минут мы устроились в фитнес-баре. Хотели взять пива, но обошлись апельсиновым фрешем. Оба за рулем.

– Наташа? – сочувственно спросил.

Все. У меня все и везде. По всем фронтам.

– Ромыч, я извиниться хотел. Что влез, что тебе наговорил всякого. Не обо всем жалею, честно. Ты не должен был обманывать жену. Сам себя закапывал. Ты мой брат. Я переживал за тебя. За вас обоих.

– Знал бы прикуп, жил бы в Сочи, – бросил тоскливо.

– Блин! – Темыч воскликнул неожиданно.

 – Вы созданы друг для друга! Вы просто обязаны быть вместе!

– Будем, – кивнул я. – Надеюсь, еще будем.

– Артем, тут такое дело…

Я задумался. Нужно ли ему это знать? Может, хотя бы брату оставить блестящий образ отца? Я вспомнил, к чему привело молчание матери. Я хотел знать. Я должен был знать! Темыч такой же.

– Ваня не мой сын.

Артем удивился, потом бросил сквозь зубы.

– Вот сука!

– Он наш брат, Темыч. Брат.

– Что?! – ошеломленно проговорил. – В смысле? – вскочил резко. – Ты о чем вообще?!

Я сухо поделился всем, что знал.

Он замер. С непроницаемым лицом уточнял детали. Только в глазах буря. Такая, какая у меня была.

– Не знаю, по каким практическим соображениям сделал так. Только догадки.

– Деньги, – констатировал Артем и рухнул на стул рядом. – А я удивлялся, чего он поделил все внезапно.

– Точно мы уже не узнаем, – я повернулся и прямо в глаза посмотрел. – Что делать, Темыч? Я запутался. Он ведь наш брат, а Лазарева – чертова кукушка.