Черный дембель. Часть 1 (СИ)

— Серый, — сказал он, — а как ты думаешь… Ленка могла бы в меня влюбиться?

— Ты задал неправильный вопрос, малой.

— Могла или не могла — это гадание на кофейной гуще. И тот, и другой ответ будет верным. При определённых условиях.

— При каких ещё условиях?

— А вот теперь ты мыслишь в правильном направлении, малой, — сказал я. — Подумай ещё. И задай мне верный вопрос.

Кирилл посмотрел в направлении сада, где едва заметно покачивали ветвями деревья.

Я видел, как он покусывал губы.

— Серёга, что мне сделать, чтобы Лена в меня влюбилась? — сказал Кир.

— Вот это правильный вопрос. Молодец!

Я похлопал в ладоши.

— Как будто ты знаешь на него ответ… — тихо произнёс он.

— Конечно знаю, малой! — сказал я. — Фигня вопрос!.. Ну, или почти фигня.

Потёр друг о друга ладони и сказал:

— Я на тему взаимоотношения мужчин и женщин сотни статей прочёл… в армии. У нас там большая библиотека была. И симпатичная библиотекарша. Так что я и на собственном опыте кое-что понял. Уж можешь мне поверить, малой.

— И что ты понял? — спросил Кир.

Он нервно закусил губу.

Я засучил на тельняшке рукава и сказал:

— Это долгий разговор, малой.

Похлопал Кира по плечу.

— Но мы ведь с тобой сегодня никуда и не спешим, — сказал я. — Поэтому присаживайся поудобнее, братишка, и слушай меня внимательно…

В ветвях деревьев чирикали и посвистывали птицы. Из приоткрытого окна доносились звуки работавшего телевизора: папа всё же пробрался в дом и уселся около экрана. В летней кухне, где мама ликвидировала последствия семейного обеда, бубнил радиоприёмник.

Мы с Кириллом расположились в саду: в тени от густой кроны яблони (той самой, что по утрам бывала боксёрской грушей). Я принёс туда табурет, на котором раньше дежурил около шелковицы. Уселся на него, вытянул обутые в старые сандалии ноги и веткой отгонял от них надоедливых мух и ос. Вдыхал сладковатый аромат цветов, который ветерок приносил с маминой клумбы. Рассматривал своего младшего брата, которому явно переполняла энергия: Кир переминался с ноги на ногу, покусывал губы.

— … Уясни, малой, что Лена Котова — не сказочная принцесса, не фея и не ангел, — говорил я. — Она обычный человек с самыми обычными, вполне приземлёнными желаниями. Она женщина. И хочет того же, чего хотят почти все женщины. Я говорю «почти», потому что бывают и исключения, как в любых правилах. Но твоя Котова к таким исключениям не относится: с психикой у неё всё относительно нормально, как я понял. Так что её желания просты и понятны.