Черный дембель. Часть 1 (СИ)

Парни переглянулись, будто мысленно прокомментировали друг другу Светочкины прелести. Взглянули на директора швейной фабрики. Прохоров подмигнул сыну, вдохнул полной грудью, будто перед долгой торжественной речью. Но вдруг застыл. Илья Владимирович нахмурился, пристально посмотрел мне за спину.

Я ощутил лёгкие прикосновения к своим плечам. Заметил опустившиеся мне на пиджак руки (с унизанными золотыми кольцами тонкими длинными пальцами и с накрашенными в ярко-красный цвет ногтями). Вдохнул незнакомый, но приятный аромат духов.

Заметил, как приоткрыл от удивления рот мой младший брат.

Услышал тихий женский голос (от звуков которого по моей коже побежали мурашки):

— Пригласи меня потанцевать, красавчик.

Сообразил, что ещё минуту назад звучавшая в зале ритмичная мелодия сменилась песней для медленного танца.

«Там где клён шумит над речной волной, — пели лохматые музыканты на сцене ресторана „Московский“, — говорили мы о любви с тобой…» Женские руки погладили пиджак на моих плечах.

— Рада видеть вас, Илья Владимирович, — произнесла женщина.

Говорила она, склонившись к моей голове — я вдыхал цветочный (с оттенком ванили) запах её духов, смешавшийся в воздухе со спиртным душком. Ощущал, как лёгкий ветерок её дыхания при каждом звуке щекотал мне кожу. Женщина помахала красными ноготками директору швейной фабрики — Прохоров выдохнул и кивнул… но промолчал, плотно сжал губы.

— Я украду на один танец вашего спутника, — сказала незнакомка.

Она провела рукой по моему затылку, по шее. Я вынул свой нос из её волос, взглянул на замершего с приоткрытым ртом Кирилла. Подмигнул ему — мой младший брат подобрал челюсть. «…А любовь, как сон, — пели на сцене, — а любовь, как сон…» Женщина снова потормошила мои плечи, поднесла напомаженные губы к моему уху.

— Ну же, красавчик, очнись! — шепнула она.

— Конечно, мадам, — ответил я. — Всегда готов.

Встал — музыка заглушила скрежет ножек моего стула по паркетному полу. Женщина схватила меня за локоть; левой рукой отбросила со своего лба прядь волос, взглянула на меня снизу вверх (её чётко очерченные подкрашенные брови замерли на пару сантиметров ниже моего подбородка). «Ей около тридцати лет, — подумал я. — Фигуристая, холёная».

— Поторопись, красавчик.