Черный дембель. Часть 1 (СИ)

Отметил: его взгляд при этом источал тоску и грусть, будто мужчина провожал любимого родственника в долгое и опасное путешествие.

Степан Кондратьевич остановил железного коня посреди дороги. Он трижды нажал на педаль, прежде чем двигатель мотоцикла затарахтел и монотонно застучал: «дын-дын-дын-дын». Мужчина погладил себя по лысой макушке.

— Ты… это, Чёрный, поосторожнее с Чижиком… в общем, — сказал он.

— Всё будет нормально, Кондратьич, — ответил я. — Сберегу твоего Чижика, как родного. Не переживай.

По улице посёлка я прокатился медленно: привыкал к новому средству передвижения.

Купался в завистливых взглядах детей и подростков. В прошлый раз я ездил на мотоцикле лет двадцать назад (по моему внутреннему календарю). Но то был не «ИЖ-56», а японский «Suzuki Hayabusa», купленный для старшего сына Артура Прохорова. Тот японец лишь отдалённо походил на дребезжащего Чижика. Как сказал бы Степан Кондратьевич: то был породистый скакун, а не крестьянская лошадка. Но «ИЖ-56» меня сейчас вполне устраивал. Да и в глазах нынешней молодёжи он выглядел почти как тот «Suzuki Hayabusa»: зверь, а не машина — не чета самому доступному сейчас средству передвижения велосипеду.

Я правдиво описал Степану Кондратьевичу свой намеченный маршрут. Гость Прохоровых направил меня именно в деревню Майское, через которую я прошлой жизни проезжал много раз и помнил её, как не очень длинный ряд домишек на обочинах шоссе. От той деревни до Павловской водокачки (где в прошлый раз нашли тело директора швейной фабрики) было примерно тридцать километров.

Но эти две точки соединялись приличной асфальтированной дорогой, по которой похитители тихо и спокойно провезли бы тело Прохорова в «Запорожце». Да и в Майское Илью Владимировича наверняка доставили без особого труда и риска: деревня хоть и маленькая, но автомобили мимо неё проезжали часто.

Во дворе Варвары Сергеевны я не увидел мальчишек. Свернул около Вариного забора — за пару секунд выехал на петлявшую между посёлком и пустырями дорогу.

Сдерживал желание прибавить газу: уж очень легко «ИЖ-56» подскакивал на кочках, будто сделанный из бумаги. Но даже при маленькой скорости поездка по просёлочной дороге на мотоцикле бодрила, а не убаюкивала, как езда за рулём внедорожника по гладкому шоссе. Дребезжание металлических деталей моего скакуна распугивало птиц — те метались над пустырями, словно после выстрелов из ружья. Дорожные знаки подсказали о приближении перекрёстка.