Черный дембель. Часть 1 (СИ)

Пока вернувшаяся к нашему столу официантка расставляла на покрытой скатертью столешнице стаканы и бокалы, бутылки с вином и минеральной водой, раскладывала приборы, установила в центре столешницы кувшин с красноватым морсом. Официантка вновь мазнула по мне любопытным взглядом. Я не удержался, подмигнул ей — девица опустила глаза. Она улыбнулась директору швейной фабрики. И будто не заметила сидевших за столом Артура и Кирилла. Мы с комсомольцами вновь проводили глазами Светочкины бёдра. Но Илья Владимирович отвлёк нас от этого развлечения.

— Сергей, какой ещё холодильник? — спросил он. — Я тебя не понял.

Прохоров развёл… рукой — вторая рука лишь едва заметно дёрнулась.

— Дядя Илья, я планирую, что в общежитии мы с Артуром и Киром поселимся в одной комнате. И холодильник нам очень даже пригодится. Поверьте: холодильник не роскошь, а очень необходимая для студентов вещь…

— Папа хочет, чтобы я ездил на учёбу из дома, — сообщил Артур.

Он потёр пальцем усы.

Я замолчал. Удивлённо приподнял брови.

Вновь собрал на себе взгляды всех, кто сидел рядом со мной за столом.

— Илья Владимирович, ведь вы же умный взрослый человек, — сказал я. — Неужели вы забыли, что такое студенческое общежитие?

Развёл руками, заявил:

— Не может быть! Не верю. Общага — ведь именно там и проходит настоящая студенческая жизнь!

Директор фабрики мне не ответил: не успел. Потому что вернулась Светочка с салатами. Я заметил, как радостно встрепенулся при виде украшенных листиками петрушки салатов Кирилл. Мой брат разглядывал поданное ему блюдо, будто некую диковинку.

Артур вяло отреагировал на появление перед ним «Столичного». Он лишь мазнул по нему мимолётным взглядом и снова поднял глаза на отца. Не впечатлил ресторанный салат и меня. Хотя мой живот со мной не согласился. Он томным урчанием заявил, чтобы я не выделывался, чтобы я ел, что дают и чтобы не строил из себя гурмана.

— Спасибо, Светочка, — поблагодарил официантку Прохоров.

Света вновь повернулась спиной к нашему столу и привлекла к себе взгляды комсомольцев.

— Я тоже учился в институте, Сергей, — заявил Илья Владимирович. — Я помню, что такое, как ты выразился, настоящая студенческая жизнь. Это, прежде всего, теснота. И шум, который мешает учёбе. А ещё это лишние соблазны…

— Те соблазны, которые никуда из жизни вашего сына не исчезнут, — сказал я. — Пока он их сам не победит. И лучше уж он с ними справится в студенческие годы. Чем пустится во все тяжкие, будучи молодым специалистом и загубит свою карьеру.