Черный дембель. Часть 3 (СИ)

Я ж не предатель. Сами разбирайтесь со своими подругами. И с Тороповой, и с официанткой из ресторана… и с Ленкой Котовой.

— Малой, Котова-то тут причём? — спросил я.

Кирилл и Артурчик посмотрели мне в лицо, переглянулись.

— Это… не причём, — сказал Кир. — Это я так… к слову пришлось.

Мой младший брат закусил губу.

Артурчик усмехнулся — на его губе блеснула капля крови.

— Да ладно тебе, Чёрный, — сказал Прохоров. — В институте все давно знают, что Ленка Котова в тебя влюблена. И что ты неспроста ни с одной девчонкой столько не общаешься, как с ней.

Это же понятно…

Я повёл правой бровью.

Артурчик уронил вилку и приподнял руки.

— Ладно, ладно! — произнёс он. — Молчу. И не надо на меня так смотреть. Чёрный, я же просто… Все об этом говорят! Да и вообще, правильно Кирюха сказал: сами в своих отношениях разбирайтесь.

— Хватит на меня пялиться, пацаны, — сказал Артурчик. — Дайте мне поесть спокойно!

После завтрака я представил Кирилла и Артура тульским парикмахершам. Отметил, что события прошлой жизни примерно повторились, но только с задержкой в три дня.

На пляже утром мы отдыхали единой группой (работниц чулочной фабрики из Смоленска я там не увидел). Прохоров со своей новой подругой быстро нашёл общий язык. А вот Кирилл и конопатая парикмахерша поначалу сторонились друг друга. Но после обеда и их отношения наладились: они «спелись» на почве общей любви к приключенческой литературе. Хорошее настроение Артурчика окончательно восстановилось, когда во второй половине дня он (во время перекура на балконе) увидел Любашу, Женю и её мужа бредущими с вещами к автобусной остановке.

Последующая неделя почти полностью повторила то время, которое я уже однажды пережил здесь, в пансионате «Аврора». Мы купались днём и ночью в море. Любовались закатами и встречали рассветы на пляже. Смотрели на горизонт с вершины Птичьей скалы — искали на море корабли с алыми парусами. Танцевали, пели песни под гитару (в пансионате появилась группа поклонников певческих талантов Кирилла и Артурчика).

Прохоров и мой младший брат покрылись тёмным загаром (Кир походил на поднявшегося из угольной шахты после рабочей смены шахтёра, а Артурчик превратился в чернокожего африканца). Я тоже неплохо загорел; даже спел в честь этого под гитару песню о шоколадном зайце — эксклюзивно для светловолосой парикмахерши Оксаны.

Отношения с Оксаной у меня сложились не точно такие, как в прошлой жизни. На этот раз мы с блондинкой слегка поменялись ролями.