Черный Маг Императора 4 (СИ)

— Спасибо, — поблагодарил я старушку и потопал по коридору, который после залов с экспонатами показался мне очень скучным. Прямо как в больнице, до половины зелено-голубой краской покрашен. Ее, наверное, по всем государственным учреждениям рассылают, чтобы люди их с первого раза по цвету коридоров узнавали.

Судя по табличке, Спиридонов работал здесь научным сотрудником. Туманное какое-то название должности. Вообще непонятно чем он здесь занимается. Остается надеяться, что старушенция правильно меня поняла и направила по верному адресу.

Я постучал в дверь и дождавшись пока кто-то хриплым голосом разрешил мне войти, зашел в комнату.

Ну да, судя по всему, именно так и должно выглядеть рабочее место человека, у которого на двери написано, что он научный сотрудник. В комнате был лишь один стул, на котором сидел сам Спиридонов, все остальное пространство было завалено книгами, журналами и всяким таким прочим.

Просто жесть какая-то. Я думал бумажных журналов и не существует уже давным-давно, все ведь в интернете есть при желании.

Научный сотрудник тоже оказался в солидном возрасте. Примерно в тех же годах, что и старушенция. Может быть даже старше, кто его разберет.

— Здравствуйте, Матвей Алексеевич. Меня к вам… Бабушка направила. Которая возле входа стоит.

— Бабушка направила… Ох уж эта молодежь… По какому вопросу? — спросил он, затем снял очки и потер переносицу.

Я постарался как можно быстрее рассказать ему, зачем пришел и уложился в несколько минут. Все это время он слушал меня наморщив лоб и протирая очки, видимо пытаясь вникнуть в суть моих слов.

После того как я закончил, он вновь водрузил очки на переносицу и спросил:

— Где это место? Показать сможете?

— Конечно, — сказал я и вытащил телефон из новых джинсов. — У меня на телефоне скриншот карты, где Тухлый Мост есть…

— На телефоне… — поморщился он.

Он встал со стула, открыл один из многочисленных шкафов и вытащил из него толстенную книгу. Даже не знаю сколько в ней страниц было. На первый взгляд пару тысяч, не меньше. Кроме того, она еще и сама по себе огромная была. С половину стола в моей комнате.

Спиридонов освободил место у себя на столе и бухнул туда книженцию.