Сам я тоже подлечился, закусил лекарство хрустящим солёным огурцом.
Котова носовым платком вытерла выступившие у неё на глазах слёзы.
— Сергей, — произнесла она, — ты обещал, что расскажешь: как узнал о девочке.
Я мазнул взглядом по портрету Колиной покойной жены, вилкой подцепил с тарелки кусок кровяной колбасы. Сунул его в рот и прожевал, прислушиваясь к вкусовым ощущениям. Одобрительно кивнул головой.
— Обещал, значит: расскажу, — сказал я.
Посмотрел, как Котова нерешительно ковыряла вилкой куриную грудку (я собственноручно нагрузил тарелку Лены едой).
Взял из металлической миски большой огурец. Откусил от него большой кусок.
— Но только давай так, Котова, — пробубнил я с набитым ртом, — откровенность за откровенность. Договорились?
Лена кивнула.
— Договорились, — сказала она.
Оставила в покое куриное мясо, положила на стол вилку. Лена откинулась на спинку стула. Сложила на столешнице руки, будто приготовилась к ответам на экзамене.
— Тогда скажи мне, Котова, чего ты от меня хочешь? — спросил я.
Лена кашлянула, взмахнула ресницами.
— В каком смысле? — сказала она.
— В прямом.
Я дожевал огурец и продолжил:
— Влюблённость обычно длится от двух до четырёх месяцев. Так говорит наука.
Откупорил бутылку, плеснул водку в стоявшую рядом с Леной стопку. Котова помотала головой; выставила перед собой ладонь, как тот человек на известном агитационном плакате.
— Я не буду!
— Пей, — сказал я. — Скоро в город поедем. По морозу. Быстро протрезвеешь.
Котова вздохнула (её плечи обречённо поникли).
— А ты? — спросила она.
Посмотрела мне в глаза.
— Я за рулём.
Поставил бутылку, взял очередной огурец и протянул его Лене. Наблюдал за тем, как Котова залпом опустошила стопку и закусила водку огурцом. Котова смахнула с глаз слёзы.
— Так чего ты от меня хочешь? — повторил я.
Лена помотала головой.
— Ничего, — ответила она.
— Враньё. Со мной даже Кирилл и Артурчик не общаются, как раньше. А ты постоянно рядом.
Я усмехнулся, спросил:
— Почему? На что ты надеешься, Котова? Я ведь тебе честно рассказал: женюсь не на тебе.
Заметил, что у Котовой покраснели скулы и мочки ушей, словно от духоты или от смущения. Но Лена не опустила глаза. Она нахмурила брови, чуть приподняла подбородок.
— Ну и женись, на ком хочешь!..
— Значит, всё же влюблена?
— Ты всем девчонкам из нашей группы нравишься! — заявила Котова. — И что тут такого?
Она скрестила на груди руки.
— Кирилл и Артур считают, что ты после армии стал слишком взрослым, — сообщила Лена.
