— Это Настин папа Евгений Богданович Бурцев. Он пока ещё полковник КГБ. Но Настя говорила, что уже в следующем году её отец наденет генеральские погоны.
Сельчик одобрительно кивнул головой.
— Серьёзное звание, — сказал он.
Я добавил:
— У Настиного дедушки всё хорошо. Работы только много. В сентябре я наведался к Бурцевым, как вы заметили. Покатался по городу на «Чайке»… Игорь Матвеевич, вы ездили в «Чайке»?
Второй секретарь Новосоветского горкома КПСС покачал головой.
— Пока не довелось.
— Обязательно прокатитесь! — сказал я.
— Это незабываемые ощущения, точно вам говорю. Машина едет плавно и уверенно. А на заднем сидении в ней просторно: чувствуешь себя…
Щёлкнул пальцем и выдержал паузу, словно подбирал в уме правильные слова.
— … Чувствуешь себя в этой машине очень значимым человеком, — сообщил я. — Рука так и тянется подписать какой-нибудь важный указ, наградить кого-нибудь орденом или назначить послом в Норвегию.
Я улыбнулся — Сельчик «понимающе» кивнул.
— И непременно загляните в московский театр, — посоветовал я. — Мы с Анастасией Евгеньевной были в Театре сатиры. Посмотрели «Безумный день, или Женитьба Фигаро» с Андреем Мироновым в главной роли.
Я скосил взгляд на спутницу Сельчика и заявил:
— Великолепный спектакль! Очень советую. После представления мы с Настей ещё и за кулисы заглянули. Вы знали, что у Андрея Миронова и у Александра Ширвиндта примерно одинаковый рост? Впрочем, сейчас это не важно.
Я дёрнул плечом и сообщил:
— А вот Настиного дедушку я в этот раз не видел.
К сожалению. Хотя Настя и предлагала его проведать. Но я не решился отвлечь такого важного человека от работы. Пусть он и прислал за мной на вокзал свой автомобиль.
Я развёл руками и сказал:
— Неправильно это: по пустякам отвлекать от государственных дел члена Политбюро ЦК КПСС. Вы так не считаете, Игорь Матвеевич?
Сельчик кивнул.
— Разумеется, — ответил он.
Чья-то нога под столом прикоснулась к моей левой голени.
Я прикинул, что Сельчик бы до меня не дотянулся. Бросил взгляд на его подругу, потягивавшую из бокала красное вино. И тут же снова посмотрел на Вениного отца."
"— Отчасти, именно поэтому я к вам сейчас и подошёл, Игорь Матвеевич, — сказал я. — Чтобы Настя не отвлекала дедушку. А то ведь она, чуть что, так сразу бежит к деду с жалобами.
Покачал головой и сказал:
— Уверен, что мы с вами обойдёмся без такой крайности. Не побеспокоим Настиного деда.
