Ему нравились такие моменты. Пусть эти деньги принадлежали не ему, а графу Строганову, но разве это что-то меняло? Конечно нет. От этого заискивающий взгляд собеседника никуда не пропадал.
Вот и сейчас он медленно, с чувством и расстановкой начал рассказывать, какой пустяк требуется от «Кленовых листьев», и сколько денег за это готов отвалить Аникей Федорович. Однако, как только глава наемного отряда услышал фамилию мальчишки, которого нужно будет похитить, то как-то сразу сник и потерял интерес к дальнейшей беседе.
Более того, сделался вдруг неразговорчивым и поспешил избавиться от Волкова, чем порядком удивил виконта. Давненько с ним такого не происходило. По правде говоря, он даже не мог припомнить, когда в последний раз его вот так бесцеремонно выставляли за дверь, а по сути, так оно и было.
Он стоял на холодной осенней улице и чувствовал себя так, будто на него только что вылили ведро помоев. Вроде бы никто ему и слова плохого не сказал, наоборот, глава «Кленовых листьев» улыбался гаденькой улыбкой… Но она стала такой холодной, что ею можно было запросто заморозить.
Бред какой-то… Может быть, он не в себе, этот тип? Иначе как можно объяснить такое странное поведение? Выставить посланника Строганова за дверь — это просто верх идиотизма. Настолько недальновидный поступок мог совершить только полный кретин, и вот это как раз виконту и не нравилось больше всего. Глава «Кленовых листьев» не был кретином, вот в чем дело.
Волков еще немного подумал над этой ситуацией, а потом его вдруг охватил приступ ярости, как это часто с ним бывает.
Он даже хотел было вернуться, чтобы сначала разнести эту долбаную контору к чертовой матери, а потом спалить здесь все к ядреной фене. Но потом все-таки смог сдержать себя.
Да пошли они… Может быть, у этого идиота и правда что-то с головой, а он сейчас наломает дров на пустом месте. В конце концов никаких оскорблений ни ему, ни Строганову никто не нанес. Ну а то, что отказал… Пусть пеняет на себя… В Белозерске еще много наемных отрядов, которые глотку друг другу перегрызут за возможность работать с графом.
Вот хотя бы «Черные волки».
Туда Григорий Васильевич и направился. Это был второй по значимости наемный отряд из тех, с которыми ему приходилось пересекаться.
Однако и там случилось нечто похожее. Едва прозвучала фамилия Темникова, как от Волкова вновь поспешили избавиться, как будто он притащил в офис уважаемого наемного отряда какую-то заразную инфекцию.
