— Подвиг за подвигом… Ни дня сидя на заднице… Почему вечером выезжаем, а не днем?
— У меня еще кое-какие дела, — ответил я, наконец проткнув непослушную колбаску. — Думаю, после обеда освобожусь окончательно. Просто хотел тебя заранее предупредить, чтобы ты собраться до вечера успела."
"— А-а… Понятно… — вновь зевнула Полина. — Тогда и Нарышкину своему сообщи, что ты готов к новым подвигам, хорошо?
— Обязательно, — пообещал я. — Тем более, что я его скоро увижу.
Лазарева пробурчала еще что-то неразборчивое и отключилась, а я тем временем вплотную занялся колбасками, пока они были горячими.
Я как раз справился с четвертой, когда над моим столом нависла тень в виде Романа Артемовича Громова. Вот уж по кому никогда нельзя сказать, что у него с настроением — всегда мрачный, как туча. Еще и повязка эта на глазу. Ну точно Пират, а оставшимся глазом смотрит так, как будто колбаски я отобрал у него, а не взял на раздаче.
— Доброе утро, Темников, — сказал он, пока я вытаскивал салфетку из салфетницы, чтобы вытереть губы от томатного соуса.
— Здравствуйте, Роман Артемович…
— Ты оставался в школе сегодня ночью? — спросил он. — Карандаши забыл или дома что-то случилось?
— Карандаши… — усмехнулся я.
— Угу, так я думал, — кивнул мастер темных классов и мне показалось, чуть расслабился. — Значит все нормально?
— Вполне, — ответил я и покосился на остывающие колбаски в тарелке, которые дожидались своей очереди. — Сейчас позавтракаю и обратно в Белозерск. Карандаши я забрал, если что.
— Тогда приятного аппетита, Максим, — кивнул Громов.
Завтрак был немного испорчен — не люблю прерываться на середине. Однако я решил не обращать на это внимания. Только надумал продолжить, и в этот момент увидел Рябинину, которая помахала мне рукой. Так… Вот теперь точно нужно драпать, если я не хочу присоединиться к научной конференции магов-ботаников.
Наскоро запихнув в рот пару колбасок и заев их куском хлеба с горчицей, я тихонько ретировался. В тот момент, когда я выходил из столовой и умывался слезами от остроты горчицы, Яна Владимировна как раз затеяла какой-то разговор возле раздачи с улыбающимся Золотовым.
Так что мне удалось улизнуть незамеченным.
Такси я вызвал заранее, еще перед завтраком, поэтому мне оставалось лишь добраться до школьной парковки, где меня уже дожидалась машина. По дороге я позвонил Лешке, от которого получил целую пачку гневных сообщений, как только активировал связь.
— Макс, ну ты и поросенок, конечно, — вместо приветствия сообщил мне Нарышкин.
