— Никогда бы не подумал, что ты такой бессердечный гад! — сказал я, чувствуя, как мой желудок сжимается от царивших здесь ароматов. — Тогда давай хотя бы в другую комнату пока перейдем, не могу же я говорить, находясь под постоянной пыткой.
Мы расположились в небольшой комнате, которую Лешкин отец часто использовал для переговоров. Нарышкин занял кресло, в котором обычно сидел князь, и я отметил, насколько сильно он похож на своего отца. Обычно это не так сильно бросается в глаза, а сегодня прямо две капли воды.
Серьезный холодный взгляд, тонкие губы… Все-таки хорошо, что княжич мне друг.
Что-то мне подсказывает, что, когда подрастет, он будет еще опаснее, чем его отец.
— Не прибедняйся, мой мальчик, таких как ты тоже лучше иметь в друзьях, — хмыкнул Дориан. — Вы уже сейчас в разных весовых категориях. Еще неизвестно, кто из вас будет опаснее.
Тем временем Нарышкин и дядя Игнат уставились на меня как парочка питонов на кролика, в ожидании пока я начну. Я не стал долго тянуть и рассказал. Вышло примерно так же, как и с Чертковым.
Пришлось рассказать еще раз. К моему удивлению, дело оказалось настолько плохо, что пришел черед и третьего раза.
В общем, с ними было тяжелее всего. Как люди практичные, что Лешка, что Жемчужников, относились к моим словам с легким подозрением. Ну еще бы! Представляю, сколько сил потратил Николай Федорович на то, чтобы вылечить Ивана. Учитывая возможности и связи, которыми обладал князь, уверен, что в доме Нарышкиных перебывали все самые лучшие целители Российской Империи.
Никто из них ничем не смог помочь Лешкиному брату, которому становилось все хуже. Теперь какой-то Максим Темников дает княжичу пузырек с непонятной жидкостью и говорит, что это каким-то образом поможет его брату. Такое себе на самом деле…
Даже с учетом того, что я друг Нарышкина, все это выглядело странно, и недоверие к моим словам легко читалось в глазах обоих. С другой стороны, чего я хотел? Что будет так же просто как с дедом? Разумеется нет. Однако… По-моему, на шарлатана я тоже не похож.
— Не нервничай, Макс, — решил успокоить меня Дориан, который почувстовал, что я начинаю закипать. — Не выходи из себя. Просто день сегодня такой, тяжелый. Войди в их положение. Ты только что предложил исцелить родного Лешкиного брата, а этого никто не смог сделать.
— Знаешь… Так-то до этого я уже помог его брату и в тот раз на меня не смотрели как на проходимца… — напомнил я ему. — На Черткова, кстати говоря, тоже, если ты помнишь.
— Угу, разумеется.
