Черный Маг Императора 17

Громов сделал небольшую паузу и добавил.

— Тем более в твоем случае. Еще немного, и ты мог бы нанести ему сильную травму. Гораздо более опасную, понимаешь?

— Угу, — кивнул я. — Но не нанес же…

— Нет, — покачал головой Артем Романович. — Я был в медицинском блоке и разговаривал с Веригиным. Целитель сказал, что к завтрашнему утру Шуйский будет в полном порядке.

Так я и думал. А делал вид, что с минуты на минуту помрет. Симулянт…

— Однако я хочу, чтобы ты запомнил и этот случай, и наш разговор, Темников.

Мастер темных классов вопросительно уставился на меня, ожидая моего ответа. Мне показалось, что он вдруг стал очень серьезным и хотел услышать от меня честный ответ.

— Я тоже на это надеюсь, — ответил я. — Поэтому контролировал свою силу. Я ведь его не покалечил… Так, предупредил просто…

— Как тяжело с тобой работать, — покачал головой Громов.

— Да понял я все, Артем Романович, — успокоил я преподавателя. — Тут просто дело принципа было. Не буду я его просто так трогать.

— Он еще и принципиальный… — вздохнул он и пошагал дальше.

Больше мы с ним об этом не разговаривали. Сделали короткий кружок по школьному парку, а затем он оставил меня одного. Правда на прощание все-таки еще раз предупредил, чтобы я был осторожнее и не забывал, что способности мне даны не для того, чтобы я оттачивал мастерство на одноклассниках.

Да я в общем и не собирался этого делать… Просто поставил кое-кого на место, и все. Шуйскому самому следовало остановиться чуть раньше, а не пытаться самоутвердиться за счет меня.

Я сел на лавочку, чтобы немного передохнуть после всех этих утомительных разговоров и вдруг мне в спину прилетел снежок. Сначала я подумал, что это дело рук Нарышкина, который наверняка сейчас где-то в парке со своей ненаглядной Кречетниковой.

Но нет, к моему удивлению, я ошибся — это была Прасковья Урусова. Она задорно улыбалась, а на ее лице играл румянец, который делал ее очень милой. Даже не верилось, что временами она может быть первоклассной врединой с характером.

— Привет, Темников! — сказала она и запустила в меня еще одним снежком. — Ты чего такой мрачный? Громов пообещал тебя выгнать из «Китежа»?

— С чего это вдруг? — спросил я и отвернулся от нее.