Если научишься делать так, чтобы у тебя получался идеальный шар и будешь справляться с активацией заклинания за несколько секунд, то обещаю, что покажу еще кое-что интересное. Тебе должно понравиться.
— А если не научусь?
— Значит будем всю субботу с утра до вечера тренироваться, — пообещал он. — У меня времени много, пчелам, как ты понимаешь, тоже все равно сколько летать — они заводные.
Ну так себе перспектива, если честно. Я почесал ужаленное ухо, которое до сих пор болело и посмотрел на старика, прятавшего коробочку с пчелами в карман.
Да, если он сказал, что всю субботу будем здесь торчать, то так оно и будет. Уж лучше потренироваться среди недели.
— Александр Григорьевич, а несколько секунд — это сколько? Это я так, для информации интересуюсь. К какой цифре стремиться?
— Стремись к максимуму, Темников. Сколько именно — я потом решу.
Вот жулик! На ходу правила игры выдумывает! Вот и как понять, что в его понимании максимум? Эх… Хорошо еще, что формула у меня теперь тоже будет короче.
* * *К тому моменту, когда я освободился, Нарышкин уже изнывал от скуки в школьном парке, дожидаясь меня.
— Макс, ну где ты ходишь! Там у дежурного посылка лежит для тебя, ее на машине «Теней» доставили, я думаю, там эликсир, про который ты мне говорил.
— Так, а ты почему не забрал, если от «Теней»?
— Во-первых, это твоя посылка, как я ее могу взять? — гордо поднял подбородок Лешка. — Во-вторых… Этот твердолобый осел мне ее не отдает! Говорит, что школьными правилами это запрещено. Такое впечатление, что иногда их нельзя нарушить.
— Да ладно? Вот как ты заговорил, — улыбнулся я. — Могу напомнить, как кто-то год назад мне все уши прожужжал этими школьными правилами. Не ты ли случайно?
— Что-то я такого не помню…
Я присмотрелся к Лешкиному лицу и заметил тонкий белый шрам, который появился у него на левой щеке. Сто процентов еще вчера вечером ничего подобного на его лице не было. Уверен, что это случилось на его сегодняшних индивидуальных занятиях с Артамоновым, который тоже решил ему их сегодня устроить.
Завтра же турнир, некогда будет им заниматься.
— Что это у тебя на лице? — спросил я. — Только не ври, что это уже давно. Шрам только сегодня появился.
— Да я и не собирался, — ответил княжич и вдруг стал серьезным. — Не все же тебе одному их зарабатывать.
Он провел рукой по щеке и хлопнул меня по плечу.
— Скоро должен насовсем исчезнуть, так что мелочи жизни. Пойдем за посылкой, мне Гвоздева уже все мозги проела.
— Идем, — согласился я.
