Будет уроком! Может, хоть думать головой начнёшь…
— А дядя-то здесь с какого боку? — удивлённо вскидывает брови У Цзяньго.
— Балует тебя. Вот ты и сел ему на шею, — сухо чеканит госпожа У. — А теперь изволь объяснить: что тебя сподвигло вести себя настолько неадекватно, крушить всё подряд и вышибать двери? Откуда это вообще в твоей дурной башке взялось?
В салоне автомобиля повисает напряжённое молчание. Слышно лишь мерное гудение двигателя да редкий скрип кожаных сидений.
У Цзяньго задумчиво покусывает губы, словно решаясь.
Наконец он тяжело вздыхает и произносит:
— Никогда бы никому не рассказал, но с матерью поделюсь. Только обещай, что не будешь смеяться?
Лицо госпожи У наливается свинцовой тяжестью:
— Когда ты так говоришь, я всегда узнаю такое, после чего мне тебя своими же руками хочется удавить.
— Тогда вообще ничего не буду говорить! Кому нужны эти дурацкие разборки? Я ими по горло сыт! Всё, забей!
Не успевает парень договорить, как от матери прилетает звонкий подзатыльник:
— Жду.
— Я когда узнал, что этот парень помогает Ли Миньюэ, у меня предчувствие на его счёт появилось… ну, не знаю, сложно объяснить… прям голос внутри меня буквально кричал, что с ним нужно что-то сделать!
Женщина жмёт на тормоза. Телохранители по инерции влетают головами в спинки передних сидений, У Цзяньго только благодаря ремню безопасности удерживается на месте. Машина встаёт как вкопанная посреди дороги, водители сзади принялись сигналить.
— Так, погоди-ка, — мать поворачивается к сыну. — И давно с тобой голоса разговаривают? Что ещё они тебе говорят сделать?
— Да ты опять всё не так поняла! Я же вижу, что не просто так Ли Миньюэ полетела в Корею! Что-то они там спрятали, а в Пекине им опереться толком не на кого. Ну, думаю, дай-ка я пацана малость потрясу, может, чего полезного узнаю. Выйдя из полиции, сейчас понимаю, что он очень непрост по целому ряду причин, а я изначально ошибся, — он простодушно шмыгает носом.
— Любопытная версия. И что же они могли там спрятать? — интересуется мать, трогаясь с места.
— Я рассчитывал припугнуть деревенского. Думал сам расскажет. Мало ли — может, он вообще подставное лицо, а на его родню бабки немалые выведены. Чтоб от налогов уйти, например!
— М-м-м.
— Или дед лет тридцать назад в Корее активы попрятал, часть капитала раздробил, а теперь они пытаются всё вывести дальше!
— Хорошо, допустим.
