Деревенщина в Пекине 3

— Единственная санкция — штраф в двойном размере от суммы недоимки.

— Совершенно верно, — Ван одобрительно кивает. — А вот в Казахстане, о котором я рассказывал, ситуация принципиально иная. Там незаконная золотодобыча — это полноценная уголовная статья. И, поверьте моему опыту, самое забавное, что после всех репрессий и облав этот теневой бизнес никуда не делся. Старатели просто рассредоточились по окрестностям, растеклись, как муравьи из разорённого муравейника — и продолжили копать в других местах.

— То есть в итоге ничего не изменилось? — До Тхи Чанг щурится.

— Абсолютно, — подтверждает бизнесмен. — Всю территорию разом не проконтролируешь, это физически невозможно. Что касается дронов — так их либо перехватывают, либо просто сбивают. У контролирующих служб бюджет ограничен, они могут позволить себе от силы один такой в месяц. Кто богаче, тот и побеждает в сегодняшних реалиях. В любой войне, в том числе и экономической, всем заправляют бюджеты. А бюджеты у золотоносцев больше, чем у полиции.

— Могу себе представить… — До Тхи Чанг, бурча себе под нос, скрестила руки.

— К чему я клоню? — продолжает Ван Мин Тао. — К тому, что даже в такой, казалось бы, тупиковой ситуации настоящие хозяева бизнеса всегда остаются на плаву. И я абсолютно убеждён, что ваше возможное противостояние с сыном министра за контроль над делом закончится точно так же. Поймите правильно, я прекрасно осознаю ваши опасения и переживания. Для вас это первый подобный опыт, всё кажется уникальным и непредсказуемым.

— Я и не пытаюсь этого скрывать, — пожимает плечами вьетнамка.

— В моей же практике такие ситуации случались неоднократно — у меня достаточно друзей и партнёров по бизнесу, — Ван поднимается из кресла. — Я в своё время выбрал сферу строительства, но у меня достаточно приятелей, которые занимаются, скажем так, металлообработкой. Не буду вдаваться в детали, о каких конкретно металлах речь — не суть важно, платиновая ли это группа или что-то из чёрного списка.

— Продолжайте.

— У вас уже есть в некотором смысле электорат! — Ван Мин Тао останавливается напротив нас.