Деревенщина в Пекине 3

— Но ещё и наличие надёжного, проверенного канала поставок отменного импортного мяса. Не какой-нибудь там синтетической жути, а первоклассного органического продукта от коров, что всю жизнь на вольных лугах пасутся. Давай начистоту — канал-то, по сути, один и он незаконный. Может, их там несколько конкурирующих команд, но географически это всё один маршрут. И всё в одних руках.

— В руках этой вьетнамской вертихвостки? — ядовито перебивает Ван Япин. — Пап, ты всерьёз веришь, что от неё будет хоть какой-то толк?

— Я в этом даже не сомневаюсь, — невозмутимо парирует отец, прихлёбывая остывший чай.

— Любой вьетнамец с пелёнок торговую науку постигает. Уж им-то, поверь, дополнительные консультации ни к чему. Особенно нашей знакомой, — многозначительно добавляет он. — К слову, До Тхи Чанг согласилась войти в долю и покрыть часть инвестиций. Один этот факт уже страхует бизнес по полной — китайские власти семь раз подумают, прежде чем вставлять палки в колёса совместному предприятию с вьетнамцами.

— Ладно, хочешь поговорить откровенно — давай! Папа, ты сейчас предлагаешь мне, студентке, начать работать.

Хотя я не умею и не хочу работать. Ты это прекрасно знаешь. У меня как была двухэтажная квартира, никуда она не денется. Машина? Плевать, Хоу Ган и так на своей везде катает, в метро я всё равно ни ногой. Карманные расходы ты мне и так отрезал, ну и ладно, у меня есть будущий муж. Так ради чего мне пахать, не жалея себя?

— Ты не должна полагаться всю жизнь на кого-то другого, — качает головой Ван.

— Почему? Он не сирота и не из бедной семьи. Все мои хотелки потянет. Папа, с ним я могу не работать, а спокойно учиться в университете. Захочу — слетаю на выходные куда-нибудь на пляж, в Японию или Таиланд. А ты предлагаешь мне работать. Вот какой дурак добровольно сорвётся с дивана, отложив недоеденную лапшу и попрётся улицы мести или там огород копать⁈ Особенно если в итоге его всё равно ждёт лишь та же миска быстрорастворимой бурды! — фыркает Ван Япин.

— Господи, кого же я вырастил… — с сожалением констатирует глава семьи.

— С тобой бесполезно вести дискуссию, потому что у тебя принципиальная позиция.

Хоу Ган, до этого опасливо жавшийся в своём кресле, вдруг героически поднимается и расправив плечи встаёт рядом с невестой:

— Господин Ван, моей огромной любви хватит на нас двоих с головой. Мне искренне интересен ваш новый проект. Спасибо вам большое за дорогой подарок нашей будущем семье накануне свадьбы, — он кланяется в пояс.