Деревенщина в Пекине

Его, по идее, тоже ждет будущее внутри семейной империи, кем бы он ни был. Бизнес в стране укрупняется, хотя и под государственными крыльями…

— Дальше.

— Формально он государственный, но давай честно, заправляют люди, которые ни с кем не советуются и ни перед кем не отчитываются.

— Согласна, продолжай.

— Он наверняка претендент на что-то, внутри своей семьи у него наверняка есть конкуренты.

— Ты и это заметил? Слишком глазастый для официанта.

— Да, заметил. И я его девушку знаю не понаслышке — очень ярко предполагаю, какие нравы царят в том кругу общения.

— Какие? — в глазах хозяйки банкета на мгновение загорается интерес.

— Каждый должен уметь отстаивать свое место в иерархии и никаким местом не давать его уронить снаружи.

— Да, так и есть, — соглашается модель после некоторой паузы. — И?

— Он сегодня проиграл. В их развеселом кругу цепляются и к меньшему, просто так, потому что богатые и с жиру бесятся. У них булки растут на деревьях, надо же как-то себя развлекать.

— Хм.

— Одно странно. Ты тоже из их среды, но почему-то находишься в другой системе координат, точнее, ценностей. Наверное, поэтому и ты в душе часто — одинокий человек.

Бай Лу бросает на меня ещё один задумчивый глубокий взгляд:

— Говори дальше.

— Попытка обратиться в полицию в их семье понимания не найдёт. Он и так в дерьмо упал, будем говорить откровенно. Если родные узнают, назовут неудачником и даже речи не будет идти о разбирательствах, потому что они понимают — вы встанете на мою сторону.

— Н-да уж.

— К тому же, вы можете оказать влияние на суд — ты сама сказала. Они об этом тоже наверняка знают.

— Пожалуй.

— И зачем ему дополнительные проблемы дома? Если он не полный идиот, не станет связываться с полицией и категорически не захочет, чтобы инцидент стал достоянием общественности.

Бай Лу прищуривается, словно пытаясь разгадать головоломку:

— Я не прислушивалась к началу вашей беседы, но стояла рядом.

— Я увёл из-под носа его девушки, Ван Япин, последнее бюджетное место в университете, точнее, они так считают.

— А ты увёл?

— Комиссия так решила, у меня баллы за гаокао выше. Её это настолько задело, что она попыталась мне на улице когтями в морду вцепиться.

— Занятно.

— Ну. Мир тесен. Население Пекина — двадцать два миллиона, а по сути как в нашей деревне — все друг друга знают.