Дерзкие. Будешь моей

Моя…"

"Сплетаемся с ней и бродим по дому, как две неприкаянных души. От одной поверхности до другой. Я и она…А между нами наше счастье. Я не знал никого красивее её за всю свою жизнь, не трогал кожи нежнее, не видел глаз настолько любящих и одновременно столь жестоких, что могут уничтожать одним взглядом. Я не владел ничем ценнее, чем её чувства ко мне. Я просто не знал, что способен на взаимность. И это появилось так резко, что я не перестаю удивляться судьбе. Мы с ней забываемся, когда трогаем друг друга, когда в порыве страсти не чувствуем ни усталости, ни боли.

Когда весь дом обходим голышом, приклеенные друг к другу, будто не можем оторваться. Природе себя показываем. Здесь стесняться вообще нечего и некого. Кроме нас ни одной живой души в радиусе пятисот метров. Так устроена эта база отдыха. Чтобы никто не мешал друг другу.

— Люби меня, — шепчет она, сжимая меня ногами. Так сильно меня ведёт, что кажется душу выворачивает. Подаренный амулет ложится на её грудь, и она тянет за цепочку сильнее, чтобы лицом к лицу оказаться.

— Люблю. И так люблю. Бесконечно люблю…Тебя…

Двигаюсь плавно и медленно прямо перед камином на какой-то медвежьей шкуре, и мы оба наблюдаем за нашими тенями, что отражаются на стенах помещения. Это не просто красиво. Нереально… Это с ума сводит. Боюсь сделать больно. Хочу, чтобы время остановилось…Хоть ненадолго…Чтобы оно вот так не ускользало. Ведь уже глубокая ночь…

Ведьма отходит от очередного оргазма и толкает мне в рот клубнику со сливками, улыбаясь.

Практически заставляет есть.

— Как там Кир? — спрашивает, вздыхая. Вижу, что беспокоит её эта тема ещё сильнее, чем меня.

— Не знаю. С виду, как обычно. Но это Кир. Он не станет душу изливать, как я в первый же вечер без тебя…

— В смысле?

— В прямом. Не прошло и дня, а я уже ныл о том, как накосячил и как хочу вернуть тебя, — смеюсь, на что Катя щурится.

— Ты — дурак…Ты напугал меня тогда.

— Знаю. Я хотел напугать. Знал, что внутри нет патронов.

Никогда бы не причинил боль, но… Тогда, когда меня на части рвало, я думал о том, как бы хотелось, чтобы нас обоих не стало. Знаешь…Типа одновременно…Чтобы не было так больно… А в тебе уже тогда был наш сын. За это я каждый день себя проклинаю.

— Не надо, — хмурится она, обрамляя ладонями моё лицо. — Сегодня не вечер плохих воспоминаний. Сегодня один из самых лучших дней в нашей жизни… Надеюсь и Соня с Киром помирятся.