Дядя самых честных правил 4

Удобная штука, такое зрение! Ничуть не хуже тепловизора, которого всё равно ещё нет. Спасибо, дорогой Анубис, за такой неожиданный подарок.

— Дмитрий Иванович, — дёрнул я Кижа, — твоя задача пробраться в усадьбу незаметно. Как я начну действовать, руби всех без разбора — пленные нам не нужны.

Мертвец хищно осклабился.

— Так точно, Константин Платонович.

Он проверил палаш в ножнах и лёгкой походкой двинулся в сторону усадьбы.

— Константин Платонович, — рядом раздался шёпот Александры, — а мы?

— Да, Константин Платонович.

— Таня, возьми два «огнебоя» в дормезе и укройся здесь, в кустах. Будешь стрелять по опричникам, когда я начну веселье.

— А я?! — с обидой спросила рыжая. — Почему мне стрелять нельзя?

— Ты займёшься прикрытием. Магический щит я тебе показывал? Вспоминай, там несложно.

Секунд двадцать Александра морщила нос, а затем нарисовала перед собой связку из Знаков.

— Правильно. Встанешь рядом с Таней, будешь рисовать их один за другим. Чем больше сделаешь, тем выше шанс, что вас не достанут.

— Константин Платонович, — позвала Таня, — так ведь не видно ничего в тумане. В кого стрелять-то?

— Увидишь, — я усмехнулся, — когда я начну, ты увидишь цели. И никуда отсюда без команды. Дмитрий Иванович за вами придёт когда всё закончится.

Я оставил девушек устраивать «снайперское гнездо», а сам пошёл к дрожкам. Пора начинать концерт «по заявкам опричников» с главной и самой громкой партией.

Пока выбирался к дрожкам из перелеска, дважды успел споткнуться об упавшие ветки. В серо-коричневом свете сдвинутого зрения такие препятствия различить было невозможно. На ходу я дёрнул Анубиса, чтобы он вернул мне обычный мир. Глаза снова защипало, брызнули слёзы, но оно того стоило — привычные краски вернулись и я перестал натыкаться на препятствия.

— Васька! — махнул я ладонью. — Садись в дрожки, будешь править.

Денщик дисциплинированно кинулся к тачанке и полез на козлы.

— Не трусь, — я хлопнул его по плечу, — прикрою тебя щитом. Если остановимся — падай на землю и не шевелись, чтобы на тебя не обращали внимания.

— И вовсе я не трушу, Константин Платонович. Лучше дайте мне ружьё, я тоже стрелять буду. Чай не безрукий, буду помогать вам.

— На, — я сунул ему пару пистолетов-«громобоев».