Дядя самых честных правил 4

Я опустил взгляд: золотая табакерка с крышкой, украшенной бриллиантами.

— Алексей Григорьевич, я не могу это принять.

— Нет-нет, даже не думайте отказываться. Считайте это подарком не от меня, а всех восхищённых вашим подвигом. Этого мало, чтобы вас отблагодарить по-настоящему, уж поверьте.

— Алексей Григорьевич…

— Никаких отказов! Ордена вы ещё получите, а табакерку можете смело пустить в дело.

Я усмехнулся. Ордена? Ага, догонят и ещё раз наградят.

— Зря сомневаетесь. Вы молоды, смелы, решительны — случай не приминет вернуть вас ко двору.

А опала — это ерунда, уж поверьте мне.

В конце концов я согласился взять у него подарок. Оставлю на память об этой войне и как напоминание о неблагодарности монархов.

— Я хотел попросить вас об одолжении, Константин Платонович. Когда будете возвращаться к себе под Муром, загляните рядом с Можайском в моё имение Поречье и погостите там пару дней.

На мой вопросительный взгляд Разумовский улыбнулся.

— Поверьте, вам будет там крайне интересно и познавательно.

Крайне!

Завтрак у Разумовского растянулся до самого обеда. Счастливые, однако, люди! Никуда не торопятся, неспешно беседуют, музицируют на клавесине, танцуют, некоторые удалились в беседку и принялись за карточную игру. В общем, мило, но слегка пресновато, на мой вкус. Я уже подумывал откланяться и собираться в обратный путь, но Разумовский не дал мне заскучать.

— Ах, вот где спрятался наш герой! — он подошёл ко мне вместе с той девицей, которую я заметил за столом. — Екатерина Романовна, разрешите вам представить капитана Урусова Константина Платоновича.

Моего друга и замечательного офицера.

Я учтиво поклонился и поцеловал ей руку.

— Княгиня Дашкова Екатерина Романовна, жена князя Михаила Ивановича.

Она, чуть смущаясь, присела в реверансе.

— Думаю, вы найдёте общие темы для беседы. Екатерина Романовна весьма интересуется деланной магией.

Разумовский хитро улыбнулся и сбежал, оставив нас вдвоём. Я с сомнением посмотрел на Дашкову. Лет шестнадцать-семнадцать, не больше, недавно замужем, судя по всему.

Какая деланная магия, о чём вы?! Больше чем уверен, что интерес не выходит за «ах, как это удивительно», «ох, покажите вашу волшебную палочку», «научите меня делать фонтан из искр». Были у меня в Париже подобные девицы, для которых деланная магия сводилась к аналогу фейерверков. Надо вежливо попрощаться и ехать домой.

— Константин Платонович, скажите. — Карие глаза Дашковой смотрели на меня с предельной серьёзностью.