Дядя самых честных правил 5

Слышать слышала: бывают такие мастера, чтобы по капле крови порчу навести. Но дружбы водить не сподобилась, к счастью.

— Жаль, — я поморщился, мысленно собираясь «сбросить карту».

— Погоди, — Марья Алексевна оживилась, — я знаю, кто тебе поможет. Подружка твоя ненаглядная!

— Еропкина, — княгиня рассмеялась. — Если уж кто знает, так это она. Много слухов ходило, как её враги мёрли без причины. Точно-точно, у этой ведьмы и надо совета спрашивать.

Я непроизвольно нахмурился. Отношения с Еропкиной сложные, а за консультацию она может потребовать слишком многого.

С другой стороны, если сделка с ней поможет разобраться с Голицыным — да и чёрт с ней! Разойдусь с бандитской семейкой и постараюсь больше не пересекаться.

— Спасибо, Марья Алексевна, за совет. Подумаю, как с этим быть.

Ночью мне всё никак не удавалось заснуть. Лежал, ворочался, раскладывая в уме «пасьянс» с Голицыным. Планы, один лучше другого, выстраивались в уме и тут же разрушались под критическим взглядом. В конце концов я поднялся и пошёл на кухню — душа требовала чая с ватрушками, оставшимися от ужина.

Греть весь самовар я не стал: просто налил холодный чай в большую чашку и бросил в неё слабенький Знак. Вода мигом забурлила и через пару секунд уже исходила паром. Сдобы в буфете не оказалось, зато нашлась баночка крыжовенного варенья. Я неспешно выпил чаю, стараясь не думать о князе. Надо отвлечься от него и пару дней не вспоминать вовсе, а потом взглянуть на проблему свежим взглядом.

Мне показалось, что я слышу приглушённые голоса.

Слов не разобрать, только какое-то бормотание на два голоса. Да, точно! Разговаривают.

Погасив свечу и стараясь не шуметь, я пошёл на источник звуков. Вышел в коридорчик за кухней, прокрался до светлой полоски под дверью, осторожно заглянул внутрь и обнаружил в комнатке ключницы Сашку и Таню. Девушки тоже чаёвничали за маленьким самоваром, доедая пропавшие ватрушки.

— …жалко его, Саш. Ходит как потерянный, на тебя смотрит так, что сердце разрывается.

— Да ну его, Тань! Петя целый год уже «страдает» с перерывами на обед и ужин.

Слишком он несерьёзный. Всё шуточки его да глупости. Нет в нём основательности.

Рыжая мечтательно вздохнула:

— Вот как в Константине Платоновиче. Он хоть куда мужчина! Сказал — сделал. Бывает, как гаркнет, у меня душа в пятки уходит. Аж внутри всё горячо становится. Посмотрит грозно — так по мне мурашки бегут. А Бобров что? Одни хахоньки. Да тот же Димочка лучше, хоть и мёртвый. И целуется лучше.