Молодого наследника, судя по всему, собирались сыграть втёмную, не интересуясь его мнением.
Императрицы в тот момент не было в Петербурге, а Сашка оставалась во дворце с какими-то поручениями. Но дождаться возвращения Екатерины и поделиться своими подозрениями она так и не смогла.
Пётр, едва придя в себя после похорон, начал собственное расследование. За месяц он, по крупицам собирая сведения, подкупая лакеев и слуг, смог восстановить весь день Сашки до внезапной болезни. И точно знал, с кем она встречалась. Отбросив все рутинные контакты, он вычленил двух персонажей: Панина и его секретаря.
С первым у неё был долгий разговор на повышенных тонах. «Императрица всё узнает!», «Не смейте даже думать…», «Вы пожалеете, она вернётся и…» — слышал Сашин голос один из лакеев. Она вышла после разговора с масоном разъярённая и хлопнула дверью. А вечером, прежде чем она уехала из дворца, её перехватил Бакунин, секретарь Панина. «Никита Иванович сожалеет о случившейся размолвке. Вы не так его поняли, Александра Петровна.
Он просит принять этот маленький презент и встретиться завтра с ним, чтобы…» — передал их разговор слуга-мальчишка. Домой Сашка приехала уже с жаром и почти без памяти. При этом шептала что-то про брошь, превратившуюся в дым. В тот момент никто не обратил на её слова внимания.
* * *— Я рассказал о всех своих подозрениях императрице. Но она ответила, что это говорит моё горе и никаких доказательств нет. И не захотела ничего больше слушать. — Бобров тяжело на меня посмотрел. — А тебе моих подозрений достаточно?
— У меня есть свои доказательства, Пётр.
А твой рассказ добавил последние недостающие детали. Клянусь — они умрут. Все до единого.
Бобров порывисто обнял меня.
— Спасибо, Костя! У меня… — он отстранился. — У меня есть ещё одна просьба. Возьмёшь нас с собой на Алеутщину?
— Ты понимаешь, о чём просишь? Сейчас Алеутское княжество не лучшее место для детей. Там едва-едва начали обживаться. Дикие места, полно опасностей, никаких удобств и учителей для твоих детей.
— Ничего страшного, — он усмехнулся, — там не опасней, чем в столице.
Душно в Петербурге, Костя, сил нет! А детям будет гораздо лучше среди дикарей и твоих опричников, подальше от императорского двора. Прошу тебя!
— У вас есть три недели, чтобы закончить все дела и собраться, — я хлопнул его по плечу. — А теперь идём, познакомишь меня с младшими Бобровыми-Урусовыми.
* * *Близнецы, Михаил и Елизавета, взяли от родителей лучшее. От Боброва ум, а от Сашки огненную шевелюру и упрямство.
