Места здесь не такие обжитые, и лихих людей хватает: и опричников, промышляющих разбоем, и местных жителей, охочих до чужого добра.
Но тихой стоянки не получилось. На второй день о моём приезде узнал сибирский губернатор и прислал приглашение «князю Урусову-Алеутскому и княгине Долгоруковой на торжественный обед в честь их знаменательного приезда».
— Чичерин… — княгиня задумалась. — Нет, не помню такого. Видимо, из молодых да ранних, при дворе я о нём не слышала.
— Я знаю его, видел мельком на коронации.
И кажется, его имя мелькало в докладе Камбова.
Порывшись в бумагах, я отыскал отчёты опричника и действительно нашёл там сибирского губернатора. Чичерин крайне интересовался торговлей с моим княжеством. Выделил деньги на постройку двух кораблей: галиота «Святая Екатерина» под командованием капитана Креницына и гукор «Святой Павел» капитана Левашова. Эти суда регулярно появлялись на Алеутщине, привозя продовольствие и товары. Капитаны исследовали малоизученные Алеутские острова, картографировали и вроде бы скупали пушнину у местных в обход Русской Американской компании, но за руку никто их не ловил.
Мы с Марьей Алексевной не стали отказываться и нанесли визит сибирскому губернатору. Денис Иванович, фактически полновластный хозяин огромной области, оказался мужчиной лет пятидесяти. С одной стороны, любитель роскоши и пышности, с другой — умён и весьма прогрессивен. С его подачи в Тобольске открылись госпиталь, аптека, геодезическая школа и банковская контора.
Город выглядел ухоженным и чистым даже по столичным меркам.
В общем, человеком он был неоднозначным. Одной рукой он пытался принести цивилизацию, порой суровыми методами. Другой неплохо клал себе в карман, не забывая о своих интересах в любом деле. И разговор с ним вышел достаточно любопытный.
— Петербург далеко от меня, — хитро щурился Чичерин, — а до вас ему ещё дальше. Случись что, помощь нам будет идти ой как долго. А мы с вами почти соседи, Константин Платонович. Так почему бы нам не посодействовать друг другу?"
"— В чём именно, Денис Иванович?
— Слухи разные до меня доходят, Константин Платонович.
Говорят, ваша Американская компания столько меха вывозит, что можно всю Москву в шубы нарядить. Почему бы вам часть малую мне не продавать? Цену я дам, конечно, ниже, но и заберу сам. У вас корабли освободятся, а я вам пшеничку возить буду. Да и другое интересное тоже.
— Например?
Он поднял руки и изобразил будто стреляет из ружья.
