Последние к нам не приближались: Роспильози велел вывесить на мачте какой-то флажок с хитрой загогулиной, и он послужил пропуском для нашего корабля.
— Знак морского братства? — спросил я Медведя.
Тот пожал плечами и не стал ничего объяснять. Несмотря на его расположение ко мне, он не спешил раскрывать пиратские секреты. Или не мог — кто знает, какие клятвы он давал, вступая в бандитское общество.
Трое суток потребовалось «Юной Амелии», чтобы добраться до Бенгази. Корабль встал на рейде, не заходя в порт, и Роспильози объявил, что мы отправляемся в город.
— Прошу простить, милая Татьяна, — Роспильози состроил печальное лицо, — но вам придётся пока остаться на корабле. Здесь появление европейской женщины, к тому же такой прекрасной, привлечёт ненужное внимание. Слишком дикий тут народ! Могу гарантировать — через час вас уже будут пытаться украсть.
Таня сделала вид, что она и не собиралась на берег, и ушла в каюту.
— А тебе, князь, надо переодеться во что-то более подходящее.
Матрос принёс целый ворох одежды.
Синие бесформенные шаровары, простую рубаху, расшитый бисером жилет с рукавами до локтей и чалму — круглую шапку, обмотанную по кругу тканью в десяток слоёв. Напялив на себя этот наряд, я стал похож на пирата, причём самого бандитского вида. Не хватало только кривого ятагана и пары пистолей за поясом для полноты образа."
"Киж тоже переоделся во что-то похожее, но вместо чалмы нацепил красную османскую феску с кисточкой. Сам Роспильози разоделся гораздо богаче, но на голову водрузил круглый островерхий шлем, обмотанный, как и у меня, в виде чалмы.
Вот такой цветастой компанией вместе с десятком матросов мы погрузились в шлюпку и поплыли к берегу.
— Я встречусь с туарегами, — инструктировал меня Медведь, — Если всё пройдёт успешно, то позову тебя. Постарайся больше молчать, смотри и слушай. Будут спрашивать, отвечай честно, о чём бы ни спросили. Они странные люди: отлично чувствуют ложь, но при этом уважают хитрость. И ещё один момент — сделай так, чтобы они почувствовали, что ты колдун.
Сможешь?
— Проще простого. Даже ты ощутишь.
— Вот и хорошо. А пока я буду занят, погуляй с моими парнями по базару. Купи себе что-нибудь, если захочется. Серебро здесь принимают любое, по весу, не глядя, где отчеканена монета. Только не потеряйся — искать человека среди торговых рядов ещё та морока.
На пристани нас встретил османский чиновник — худощавый дядька с бородавкой на носу, кутающийся в потёртый шелковый халат.
