Дядя самых честных правил 11

— Откуда, Константин Платонович? Все толковые уже делом заняты, даже дураков, прости господи, не хватает.

Я задумался, обернулся и пристально посмотрел на Боброва. Камбов проследил за моим взглядом и тут же зашептал, наклонившись ко мне.

— Константин Платонович, даже не сомневайтесь! Пётр Данилович справится, он человек большого ума, дело знает и вам верен.

Камбов, конечно, хотел свалить с себя лишние обязанности, но насчёт Боброва был прав. Мой старый друг и младший родич отличался неплохой деловой хваткой и уж точно справился бы с управлением городом.

— Пётр! — позвал я Боброва. — Можно тебя на минуточку?

Уговаривали мы его почти до самого Ангельскогорска.

— У меня дети! — возмущался он.

— Я ничего не понимаю, городами никогда не управлял! — махал он руками.

Но в конце концов не выдержал и согласился взять на себя эту роль. На один год, исключительно чтобы помочь мне в трудную минуту. Я же не сомневался — он даже не вспомнит о конце срока и продолжит работать.

А самое главное, под грузом забот отвлечётся и выползет из меланхолии.

Едва мы въехали в город, нам навстречу примчался опричник и отдал Камбову сложенную вчетверо бумагу.

— Константин Платонович, — Камбов прочитал её, нахмурился и передал мне, — на Орегонщине беда. Перебито племя индейцев, пропал отряд опричников. Еропкины просят прислать в помощь боевого мага.

Я пробежал взглядом по строчкам телеграммы. Подробностей там не было, но в скупых словах чувствовалась настоящая паника.

И выбора, кого послать, у меня не имелось — сильный боевой маг здесь имелся только один.

— Семён Иванович, готовь поезд и собери свободных опричников. Я лично поеду, разберусь, что там происходит. И передай Кулибину, что ему пока придётся работать без меня.

Глава 17

Йе наалдлуши

Тридцать опричников, старший над ними Харитон Хухай, Киж, Смеющийся Медведь, механические лошади на всю компанию, новая картечница, модернизированная Кулибиным, и я сам. Вот, собственно, и весь отряд «быстрого реагирования», отправившийся на Орегонщину.

Ну и Последний довод с Нервным принцем: первый — разобранный, в специальном чехле для ношения за спиной, а второй — в кобуре на поясе рядом со шпагой, готовый к немедленному действию.

От Ангельскогорска до острога Розового, почти полторы тысячи вёрст, наш поезд домчался всего за сутки. По меркам любой страны — фантастика, но всю дорогу меня терзало чувство, что я катастрофически опаздываю.