Дядя самых честных правил 11

— К бою! — Харитон тоже быстро пришёл в себя и тут же скомандовал опричникам: — Огонь по ним! Огонь!

И сбросив с плеча «огнебой», первым начал стрелять.

А вот Смеющийся Медведь повёл себя странно. Он змеёй выскользнул из седла и стёк на землю. Упал на колени, схватил камень и начал чертить вокруг себя в пыли неровный круг. Да и шут с ним! Пусть делает что хочет, а у меня есть другие заботы.

Твари же, вместо того чтобы атаковать, резко легли на шею своим лошадям. Я даже не успел удивиться такому поступку, когда увидел, что они зубами рвут лошадиные шкуры.

Решили подкрепиться⁈ Или им нужна свежая кровь, чтобы…

Мои догадки оказались страшно далеки от реальности. Лошади под тварями стали неестественно изгибаться, словно поломанные механизмы. Разодранные шкуры спадали с них клоками, выпуская наружу точно таких же тварей, что восседали на них верхом. Мать моя женщина! Да сколько же здесь кожеходильцев⁈

— У-у-у-и-и-и-и!

Будто мне в ответ завыл остальной отряд фальшивых индейцев и опричников.

Их фигуры начали скрючиваться и болезненно ломаться, когда сидевшие в них твари стали вылупляться из натянутой кожи людей и лошадей.

— Н-на!

Киж выпрыгнул из седла и обрушился на тварей, маскировавшихся под вождя и его «скакуна». Вся троица сплелась в мелькающий клубок и завертелась на земле, раскидывая во все стороны обрывки одежды и лошадиной сбруи.

Раздумывать было некогда, и я хлестнул вторую пару кожеходильцев эфирной плетью.

Щёлк! Щёлк! Щёлк!

Удары бича сбивали их с ног, но особого вреда не наносили.

Они визжали, вскакивали и снова падали.

За моей спиной громогласно ухнул залп «огнебоев». Опричники дружно открыли огонь по дальней группе тварей. Огонь ружей опрокидывал их на землю, не давая броситься ко мне, но убить, увы, не мог.

— Константин Платонович, отходите! — Харитон Хухай подскочил на лошади ко мне и проорал в ухо. — Мы вас прикроем!

Я лишь дёрнул плечом и снова щёлкнул бичом по тварям, не давая им подняться. Нет, отступить никак было нельзя.

Киж и с двумя тварями еле справляется, а уж четыре точно порвут его на мелкие клочки.

Не переставая работать плетью, я дотянулся левой рукой до middle wand’а на поясе. Выдернул из кобуры, выставил перед собой и «выстрелил» в тварей Знаком Огня. Небольшим, размером всего лишь с обеденную тарелку. Но и этого хватило, чтобы наделать дел.

Вжух!

Пламенный сгусток оторвал руку одной твари и врезался в живот другой. Да так удачно, что перерубил кожеходильца пополам.