Дядя самых честных правил 6

А то бы меня залили слезами и протёрли дырку укорительными взглядами.

Пока мы тряслись в карете, Бобров сосредоточенно хмурился и нервно хрустел пальцами.

— Расслабься, Пётр, — я похлопал его по плечу, — постараемся решить дело миром и не доводить до стрельбы.

— Не уверен, что Шереметев пойдёт на примирение, даже если я извинюсь. Вызов приносил один из его дружков-подпоручиков, а они наверняка жаждут моей крови.

— Тогда тем более постарайся не напрягаться. Перед поединком лучше выбросить дурные мысли и выходить к барьеру с чистой головой.

"

"— Тебе легко говорить, — вздохнул Бобров, — ты вон как лихо, даже на канделябрах можешь. А я последний раз стрелялся пару лет назад, да и то оба бахнули в воздух и пошли в трактир.

— Константин Платонович, — вдруг оживился Киж и достал свою фляжку, — пусть он пару глотков сделает.

— А и правда, отхлебни. Только чуток, для расслабления.

Бобров взял фляжку, понюхал, поморщился и отхлебнул, дёргая кадыком.

— Легче?

— Вроде отпустило.

Пётр несколько раз моргнул, улыбнулся и хотел было глотнуть ещё раз, но Киж мгновенно отобрал флягу.

— Достаточно, — ревниво буркнул он и сам приложился к горлышку.

Но Боброву хватило и этого. Он перестал морщить лоб и повеселел.

— Эх, Костя, надо было мне тоже канделябры выбирать, — он хихикнул, — смешно бы вышло. Жаль, сразу не сообразил.

— Ничего, в следующий раз будешь иметь в виду.

— Балалайки, — хмыкнул Киж, пряча фляжку, — на них веселее получится. Победитель может сыграть и спеть над поверженным противником.

— Тогда уж волынки, — расхохотался Бобров, — их противным звуком точно убить можно!

До конца поездки они вдвоём придумывали, на чём можно устроить драку. Я не вмешивался: пусть придуриваются, лишь бы Бобров не сидел с похоронным видом.

* * *Они уже ждали нас. Прапорщик, два подпоручика и младший Шереметев. Последний выглядел пентюх-пентюхом: высокий, но толстенький юноша в очках и наивным лицом. Было видно, что парень в деньгах не нуждается.

А вот его компаньоны были вылеплены из другого теста — мундиры из дешёвой материи, лица молодые, но со следами пьянства и разгульной жизни. Глаза у всех злые, как у завзятых бретёров. Прапорщик смотрелся моложе всех, но под глазами у него пролегли нездоровые синие круги. Один подпоручик был староват для своего звания, а глядя на его испитое лицо, сразу была понятна причина. Другой, с оспинами на щеках и закрученными усами, явно имел Талант, но слабенький.