Дядя самых честных правил 8

В дальнейшем команды, отвечающие за отдельные этапы строительства, не станут ждать полной постройки, а будут сразу переходить на следующую «делянку». Да и команд будет не одна, а минимум четыре.

Я сделал грубый подсчёт: одна бригада полного цикла вполне может успеть за день построить версту дороги. Выходит, в день четыре версты, до Москвы, как я считал по карте, примерно двести девяносто вёрст, если обойти с севера, на дорогу Москва — Петербург. Итого, чуть больше двух месяцев. Плюс некоторые задержки, праздничные дни и прочие неожиданности.

И выходит, что за эту зиму мы технологическую ветку успеем доделать. А уж шесть сотен вёрст до Петербурга за год точно построим и уложимся в назначенные сроки.

* * *Утром следующего дня, едва я позавтракал, ко мне «на аудиенцию» явился староста из Злобино. Я велел подать в гостиную кофий и позвать его туда.

— Доброе утречко, барин, — староста низко поклонился, — разреши тебя побеспокоить по небольшому делу.

— И тебе здравствуй, Фрол Фомич.

Зачем меня хотел видеть?

— Ты, барин, изволишь дорогу волшебную строить. Вчерась всем селом смотрели, — он цокнул языком, — какие ты чудеса творил. Даже Василий Фёдорович, земля ему пухом, такого не делал.

Взмахнув ладонью, я дал ему знак, чтобы переходил к делу.

— Барин, мы углядели, что ты лес жжёшь, чтобы дорогу проложить. А, мож, мы того, деревья-то порубим да и на дело пустим. Чего добру в дым уходить?

На секунду задумавшись, я кивнул. Пока «инженеры» разучивают заклинание, всё равно полноценной работы не будет.

Так что задержки от валки леса почти что не случится. А если к процессу подключусь ещё и я, то даже выйдет ускорение от прокладки просеки.

— Собери своих людей, Фрол Фомич. Через час подъеду к концу дороги, и будет вам лес.

Допив кофий, я отправился в мастерские. «Инженеров» оставил учить связки Знаков, приказал погрузить на платформы механических лошадей, и с рабочими поехал на поезде к месту строительства.

Всё оказалось даже проще, чем представлялось.

Анубис, чуть ли не пища от восторга, создал из снега свои любимые «циркулярные водяные пилы», которые отлично подошли, чтобы валить деревья. Крестьяне совместно с рабочими споро обрубали на них ветки и механическими лошадьми оттаскивали стволы к началу просеки. Я выжигал валежник с пнями, чтобы убрать препятствия, и всё повторялось заново. Когда на лес опустились сумерки, просека удлинилась почти на четыре версты и упёрлась в речушку Вареху.