Дядя самых честных правил 8

— Если я вам надоел…

— Помолчи, пожалуйста. И закрой глаза, чтобы я тебя не ослепил.

Нарисованная в воздухе связка из Знаков Огня и Силы вспыхнула бледным голубым пламенем. Я подцепил фигуру концом small wand’а и поднёс к эфирной ленте, опутывающей его голову. Непонятная дрянь зашевелилась и принялась елозить туда-сюда, почувствовав опасность. Киж поморщился, переступил с ноги на ногу, но с места не сошёл.

Фигура коснулась эфирной ленты, и тонкое «полотно» запузырилось, обугливаясь в пламени. Противно шипя, вредоносный серпантин стягивался к горящим Знакам и распадался на безопасный перегар.

Минута, другая — и от ленты не осталось и следа.

— Ну-с, Дмитрий Иванович, как себя чувствуешь?

Киж открыл глаза, несколько раз моргнул и ощупал себя руками.

— Да вроде ничего так.

— Есть желание потратить золото?

— Потратить? Нет, пожалуй, что нет.

— Замечательно. А теперь, будь другом, постой тут, пока я буду разбираться с проклятым богатством.

Я не рискнул заходить в комнату, раз уж проклятие так подействовало на Кижа.

Присел на пороге на корточки и уставился на сундуки магическим взглядом. Эфирная дымка вокруг них действительно присутствовала, но очень слабая, еле уловимая взглядом. Пришлось напрячь глаза, чтобы увидеть её. Видимо, из-за этой особенности я и не заметил подвоха, когда осматривал сокровища в Летнем дворце.

— Константин Платонович, возьмите, — Киж шёпотом привлёк моё внимание и протянул маленькую табуреточку. — Вам же неудобно.

— Спасибо, — я кивнул и продолжил наблюдения, усевшись на неё.

Почти полчаса потребовалось, чтобы разобраться с проклятием Меншикова. Силён был полудержавный властелин! Качественно проклял золото, так что и не избавишься от этой дряни, если не знаешь назначенных условий. Боюсь, даже переплавка и магическая очистка не смогла бы помочь, так хитро Меншиков всё устроил.

Да, эта дрянь была почти живой — пряталась в случае приближения мага и вылезала, когда видела потенциальную жертву. Меня она, может, и не убила бы, а мага послабей вполне свела бы в могилу.

С Кижом, уже мёртвым, она совладать не сумела, но подсадила ему эфирного паразита.

— Дмитрий Иванович, тащи сюда кожаный мешок и толстую рукавицу.

На обоих предметах я нарисовал защитные Знаки и отдал ему.

— Сейчас заходишь, набираешь золото в мешок и выходишь. Прикасайся к нему только рукавицей, ни в коем случае не голыми руками.

— Понял, не дурак.

С порога я внимательно следил за его манипуляциями.