Древесный маг Орловского княжества (СИ)

— Мне нужны такие люди, — заявляет Морозова Галина, хлопая по плечу, и ретируется, не прощаясь.

Как раз подгребают трое учеников.

— Ну что, всё? — Лепечет толстушка. — В общагу хочу, с ног валюсь.

— Бездельники, — рычит на них графиня. — Толку от вас, как с козла молока, всем минус!

— Всё из — за этого выскочки, — слышу недовольное от носатого.

Но мне уже плевать! Я снова спешу к Василисе.

— А хочешь, ко мне в поместье поедем? — Спрашиваю, хватая её за нежные лапки.

— В тот самый дом?

— В тот самый дом, — соглашаюсь.

Блин, и кто меня за язык тянет⁈

— Без дозволения папеньки не могу, — отвечает, давая мне некоторое облегчение. — Но погостить готова. Поехали!

— Не вздумай, — слышу от Зорана, который вплотную ко мне уже подъехал и угрожающе навис.

— Что мне не вздумать? — Смеюсь, подпихивая княжну обратно в экипаж. — Займись своими функциональными обязанностями, понял?

— Чего⁇

— Всё, неси службу, как полагается, — бросил ему и закрыл за собою дверку, устраиваясь с княжной на одной лавке.

— Зоран хороший, мне так не хочется, чтобы вы ссорились, — лепечет Василиса.

— Мы и не ссоримся, я просто его воспитываю, — отвечаю и высовываюсь к кучеру. — В Малорыжково поехали.

— Да, барин! — Отчеканил мужичок бодро.

Обнимаю за талию княжну и хочу уже поцеловать, хотя бы немного побаловаться, как в созревшие школьные годы. Зашатался экипаж, ещё не тронувшись. Дарья засовывается:

— Я не помешала?

— Нет, располагайся, — отвечаю вздыхая.

Слышу, как Крезо кучера потеснил и поводья себе забрал. Тронулись!

За нами целый табун всадников поспешил. И, похоже, ещё одна карета с фрейлинами да служанками. Куда такую ораву размещать, ума не приложу.

Придётся потесниться.

Выехали из Каменцов. Ещё на подъезде к деревне почуяло моё сердце, что недоброе случилось.

Народ целой толпой прямо в ночи на въезде встречает с лесом факелов.

Выскочил из экипажа с бешеным сердцем. Вдалеке дома горят!

Илларион впереди всех бежит и в ноги падает.

"— Беда барин! Половцы напали к полуночи, три дома сожгли, дюжину девок увели наших.

— И Леночку, — раздаётся от Ефима с отчаянием.

И сердце моё обваливается.

— Что ты несёшь⁈ И в поместье залезли⁈ — Не сумел сдержаться, ухватив его за грудки.

— Она случайно подвернулась в доме Клавы, — залепетал.

— На кой хрен она туда ночью пошла⁈

— Муж пьяный Клаву бил, разнимала…

— Что за дура! Куда увели⁇ — Шиплю сквозь зубы.