Древесный маг Орловского княжества (СИ)

 — Только половцев и разбойников, бароном своих земель был, им и остался. Убьёшь его, и сюда другой старший вервульф придёт со своими, и он жалеть твоих людей не будет.

Отступил на шаг. Выдохнул.

Вервульф на меня заинтересованно посмотрел.

— И кто вас всех заразил? — Спрашиваю, окидывая взглядом родственничков.

— Приспешник Могуты, — ответил мой папаша. — И больше того, прокляты мы на волчьем лунном камне самим Могутой.

Кивнул на алтарь в центре.

— Как снять проклятье? Давайте камень разобьём? — Предлагаю.

— Нет!! — Завизжали со всех сторон.

— Разобьёшь, и нам смерть, — поник главный.

— Кто такой Могута? — Спрашиваю дальше.

— Мы помним мало, тёмный маг в обличии светлого, — ответил верфульф. Кажется, бабушка назвала его Дмитрием. Так и есть, Дмитрий Суслов на бумагах везде.

— А что за Мёртвый город? — Спрашиваю дальше, пока удаётся поговорить.

— За тайну эту мы и расплачиваемся, — ответил главный и предостерёг. — За неё и тебя уже не спасти.

— Не важно, я всё слышал.

— Будь по — твоему, — вздохнул верфольф.

— А стать людьми?

— Уже невозможно, — поник Дмитрий и рухнул обратно на трон.

Остальные заскулили.

— Без облика людского мы забыли… и теперь уже наполовину звери, наш разум во многом утрачен, — добавил бывший барон.

— Вы искали ключ, речь о броши? — Спросил и описал её.

У родственничков загорелись глаза, закивали, как полоумные, языки свесив.

— Я думал, спасать тебя надо, — выдал он. — Но теперь ты надежда моего рода. Ты напомнил мне об этом. Но скоро я вновь забуду, и тогда берегись.

— Вам нужен другой камень, артефакт? — Вспомнил я разговор, озадачившись проблемой. — Давайте принесу? Тогда вы сможете возвращать человеческий облик хоть на время? Просто скажите, где искать.

— Под землёй, — прохрипела, похоже, мамаша Ярослава.

Вервульф посмотрел на неё угрожающе.

— Нет, ты туда не пойдёшь, ты забудешь об этой тайне, иначе берегись, — зарычал Дмитрий и неожиданно ощетинился. — А теперь уходи, матушку я не трону. Она своя, и теперь останется с нами. А ты… ты — чужой. Тот, кем и должен быть в нашей жалкой жизни проклятых.

Получается, Нюра не завязана на этот камень. И может принимать человеческий облик. Этих прокляли вдобавок, а её просто укусили.