Древесный маг Орловского княжества (СИ)

И сиськами огромными встряхнув.

— Мягкая, барская! Мне б такую, — взвыла. — Интересно, а моя кровать какая?

Конечно, перина сохранилась в лучшем виде, да и вся мебель также. И не только потому что качественная. Просто оберег страха не только людей отгонял, сюда даже моль не совалась.

Рассматриваю девушку украдкой. И слюна сама сглатывается. А щёки начинают гореть. Нет, это явная пытка, когда видишь, что у девки грудь особо и не растеклась, а подол задрался, что бёдра с середины голые.

— Представляешь, Ярик, — нежится, на меня поглядывая.

— Повезло тебе, однако, — посмеиваюсь и налюбоваться не могу.

Но увы. Слышу через приоткрытую дверь, как по лестнице кто — то поднимается. А вскоре засовывается Ефим:

— Ярослав, там это, без тебя разобраться не могут, спустишься?

Киваю, иду. А он своей племяннице:

— А ты что разлёживаешься на барской кровати, а? Уже сосватали?

— Подожди дядька, недолго барину холостым ходить, — захихикала та, поднимаясь.

— Распутная девица, — хмыкнул Ефим, сторонясь и меня выпуская.

— Барина позвать, — ответила в недоумении.

— Так и чего лясы точишь? Дел других нет?

— Так жду его, отстань!

— Ярослав и есть барин, клуша, — бросил Ефим и за мной стал спускаться.

Сверху раздался глухой стук, как будто с кровати кто — то упал. Ага, скорее всего, Ленка и рухнула.

Поначалу думал возмутиться по поводу инициативы Ефима нанять мужиков. Но следом решил, что так даже лучше, больше свидетелей возвращения барона.

Наверняка все знали Ярослава дураком, судя по тому, как стали с интересом рассматривать его новый образ. Но судя по тому, что никто не вякнул в мой адрес какой — нибудь шутки, их уже проинструктировали.

— С этим что делать, Ярослав? — Спросил Ефим, кивая на мои снаряды.

— Ничего, это уже я соорудил для тренировок.

— Ловко, — похвалил один из работяг.

Стали рассматривать и явно льстить. Но мужичок ушлый выдал:

— Нам бы таких же гвоздей, забор живо подлатаем, ваше благородие.

— Вон там, — указал на ящик под сараем. — Кстати, сарай бы тоже подлатать.

— Сделаем, ваше благородие!

Пока эти суетятся, Ефим деликатно шепнул на ухо:

— Надо бы мужикам по три копейки на лапу дать.

Кивнул. Любой труд должен оплачиваться.

— А с колодцем что делать, барин? — Обозначился один из работяг, проявляя инициативу.