Древесный маг Орловского княжества (том 5)

Хера се у лешего магические силы! Не успел приземлиться, из воды уже корни размером с анаконду потянулись навстречу. А улитка стала погружаться. Думал, свалить хочет. А нет! Это просто брюшко твари, которая решила развернуться. Таракан из дерева и корней размером с полторы лошади вылез меня встречать, спрятав уязвимое место. Череп лошадиный в рожу вплетён. У них мода такая что ли⁈

Рубанул на лету два корня и в воду плюхнулся! А её почти по пояс откуда–то набежало. Новое дерево на голову падает, пускаю корни в ствол с другой стороны и подтягиваюсь рывком, дабы избежать удара.

Так и полетел, как человек–паук. К стволу прилип, а из него вражеские корни полезли. Не видя иного, бросился прямо на тварь, мощно отпружинившись. Благодаря тому, что комаром летал недавно, научился не просто парить, ещё и крылышками махать. Поэтому компенсирую недолёт и корректирую направление, ибо таракан попытался ещё и удрать от меня! Зараза такая.

На спину сажусь и корнями цепляюсь, спешно делая их мёртвыми, чтоб не встретились наши сознания! Ибо я не уверен, что моё победит.

Хрен с ним с битвой разумов. Как Гайя говорит, перед клинком все равны, клинку без разницы! Вот и я так думаю, протыкая спину нещадно. Меч входит туго, древесина мёртвая скрипит и трескается.

Тварь хрипит мощно и под воду уходит! Глубина небольшая, но его плющит так, что и я погружаюсь по колено. Начинает движение, ускоряясь. И теперь я держусь только за свой воткнутый меч. Ветки хлещут отовсюду, пытаясь меня смахнуть. Пригибаюсь ниже.

— Чую…над брюхом, — Подсказывает старший дух Сорняка.

Да я бы и рад поскорее вскрыть поганца, но на меня стали его солдаты с веток прыгать! Едва успеваю их шрапнелью встретить да развалить. Тварь ещё глубже пошла, утягивая меня в болото! Забулькало вокруг! Судя по разводам, шлангов восемь потянулось.

Получив передышку в пять–семь секунд, не выпуская рукояти, кинжалом орудую, кромсая броню. Добираюсь до корней живых и полосую их так да сяк. На! Получи, зараза! Ядрёно жёлтая жижа брызжет, окрашивая воду.

Всё, попалась, сучка.

— Да неужели! — Кричу. — Иди сюда, голубчик."

"Леший взбрыкивает, начинает слабеть! На бок кренится, и как крокодил пытается кувыркнутся в воде. Погрузившись в дрянную воду, продолжаю орудовать «Жалом», как станок, уже наощупь.

Кто–то по спине клинком полосует, солдат зацепился! Да и хрен с ним, я добрался до Сердца лешего! Рубанул по «луковице» у перехода с тверди на брюшко. Тварь завизжала так, что уши заложило.