Древесный маг Орловского княжества (том 5)

Выйдя из секции через глухую металлическую дверь, основная толпа двинула в сторону выхода в Оранжерею. А оба витязя, несколько мастеров и Галина с дочкой пошли в противоположную. Видимо, заселять Остромилу.

— Маменька, он даже не попрощался, — завыла она уже в след. — Ярослав⁈

— Полно, не шуми, — ответила Галина мягко. — Сейчас он устал и явится к тебе позже.

Мила вдруг закричала, её крик перерос в звериный. Дёрнулся было помочь, но меня придержали.

— Они сами разберутся, — выдал Игорь удручённо. — Не первый раз так.

Ну да, я вижу, как едва ли не в вервульфа габаритами потащили Милу уже по песку. А та ещё брыкается и клацает челюстью, как заведённая. В клетках сразу живность забилась, хоть её стало намного меньше с последнего происшествия.

Мне было больно на это смотреть, но я всё же вычислил, в какую камеру её тащат. Там в конце зала вариантов не много.

Из Бестиария на Арену я выскочил впереди всех. Прошёл её быстрым шагом и только в Оранжерее полегчало. Физически. Потому что морально стало только хуже.

Она не знает, что я могу.

Зато это знаю я. А себя не обманешь.

Время уже позднее, комендантский час в разгаре. Поэтому никто мне не мешал отделиться от группы и пойти своей дорогой через стену. Добравшись до конюшни, я взял академического скакуна, соврав с чистой совестью часовому, что Морозова дала добро.

В Малорыжково всюду огни, выходят на смену усиленные ночные караулы, а рабочие сворачивают дела понемногу. Хотя была бы их воля, стучали и гремели брёвнами до утра. На въезде в особняк часовые доложили, что у них без происшествий.

Леночка встретила со встревоженным взглядом и сразу же прикусила язык, почуяв моё настроение. За ней подтянулся и Илларион, в гостиной подскочила Инкой с двумя новыми молодыми работницами, которых мне ещё не представляли. И, похоже, передумали, увидев моё лицо.

Сбросив всю добычу в кабинете, помыв наскоро руки в ковшике, устроился на ужин, хотя кусок в горло не лез по нескольким причинам. Во–первых свои с ужасом смотрят на мой потрёпанный вид. Наверное, воняет от меня ещё хлеще. А во–вторых я с тревогой думаю о том, что хочу сегодня же провернуть."

"В гнетущей тишине никто ничего не спрашивает.