Там ещё один сучёнок затихорился, который до сих пор не показывается.
— Что сидите⁈ — Рявкнул дед на стражников. — Воды дайте, не видите, подыхает!
— Так Войко не велел, — пробурчал один и зашевелился.
Воды дали всего лишь с ковшика и то половину пролил. Вот чёрт.
— Ещё, — затребовал я бесцветным голосом.
— Обойдёшься, — бросил стражник и отбросил черпак.
Воронцов постоял, гипнотизируя меня взглядом, минут пять и вышел.
— Начните кормить, для новых пыток он слишком слаб, — раздалось от него из смежной комнаты…
Похоже, зря я грешил на Морозову.
Она перестраховалась. И Юрий ей в этом помог. А ещё он каким–то образом просчитал, что меня могут схватить. Именно поэтому он заставил меня отдать распоряжение прислать войско. Не для драки с нечистью Разлома, не для галочки, что я выполняю приказ Императора. А чтобы обозначить присутствие моей рати.
Но сейчас мне от этого не легче. Никто ведь не штурмует Кремль. Они просто ждут. А я тут в глубокой заднице. Судя по тому, что мои войска прибыли, держат меня уже две недели.
Когда мне стали подтаскивать дрянную кашу с водой, я немного оклемался. И, наконец, дождался второго приспешника Могуты, который болтал тогда с Воронцовым.
Я даже не удивился, когда увидел злорадную рожу князя Вячеслава.
Глава 11
Вы все прокляты
— Допрыгался, щенок? — Первое, что князь мне сказал, когда по его велению вся стража вышла из зала, оставив нас одних.
Полулежу, опираясь на холодную стену голой истерзанной спиной. Боль позволяет мне трезветь, отличать сон от яви.
Улыбаюсь ему.
— Что? Думал и дальше будешь безнаказанно творить всё, что вздумается? — Продолжает князь. — Когда тебя официально объявят тёмным и повесят все злодеяния, какие только найдутся, все земли отойдут обратно мне. И замок, и твоё Малорыжково с чудным городом. Когда моя дочка узнает, кто ты таков, вся дурь улетучится из её головы. Достанется и Морозовой, у который выбора просто не останется, и она откажется от тебя.
— Так ты… — начинаю и Вячеслав тут же замолкает, внемля моих словам.
— Приспешник Могуты?
— Ты ведь не удивлён, — отвечает злорадно. — Давно понял?
— Давно, но до конца не был уверен.
— И? Почему ж не убил, когда была возможность?
— Василису не хотел сиротой оставить.
— Как благородно, — усмехнулся Вячеслав. — Надо признать, ты сильный враг. Даже мой владыка это признаёт.
— Кстати, князь, — покривился я. — А кто твой владыка? Могута кто? Раскрой карты, не пожалей правды для мертвеца.
— Ха! Как заговорил, — засиял Вячеслав.
