Двойник Короля 7 (СИ)

Новый преданный слуга, готовый на всё ради своего хозяина. В его глазах я видел смесь страха и уважения. Подходящий настрой для того, кто готов служить.

Вышли из вагона, нас тут же встретили. Три человека в форме, но без знаков различия. Держались так, словно проглотили швабры. В глазах — холодная сталь и ни капли эмоций, руки лежали на оружии. Точно не обычные солдаты. Движения чёткие, выверенные. Глаза смотрят сквозь тебя, не выдавая мыслей.

К нам подошёл мужик, он отличался от остальных. Судя по погонам, лейтенант.

— Магинский и Костёв! — он скорее утверждал, чем спрашивал. Голос хриплый, будто мужик давно не разговаривал. — Документы!

Протянули ему наши направления и военные билеты. Лейтенант просмотрел их быстро, но внимательно, задержав взгляд на свежей отметке о присвоении Коле звания сержанта. Его брови слегка дёрнулись, но лицо осталось бесстрастным.

— Грузим! — он кивнул тем, кто был с ним.

— А? — только и выдал Коля, когда ему ударили в шею, и тут же вырубился. Пареньку накинули мешок на голову.

Тело сержанта обмякло, как тряпичная кукла. Двое подхватили его под руки и потащили к чёрному фургону, стоявшему неподалёку.

Ту же процедуру проделали и со мной, наблюдая за реакцией на действия. Я даже не вздрогнул, когда они приблизились. Смотрел прямо в глаза нападавшему, не моргая. Удар был точным — прямо в нервный узел на шее.

В глазах потемнело, ноги подкосились. Последнее, что я почувствовал перед потерей сознания, — как грубая мешковина накрывает моё лицо, отрезая от мира внешние звуки и свет.

«Приём что надо», — успел подумать я, прежде чем погрузиться во тьму.

Голова гудела, будто колокол. Я с трудом разлепил веки. Темнота. Затхлый запах сырости и плесени ударил в нос. Где я?..

Приподнялся, опираясь на локоть. Каменный пол под спиной — холодный, шершавый. Руки свободны — уже хорошо.

— Твою мать! — выругался в темноту.

Глаза постепенно привыкали к полумраку. Я осмотрелся. Каменные стены, низкий потолок с трубами. Похоже на подвал или бункер. Откуда-то сбоку доносился тихий стон.

— Павел Александрович… — произнёс Коля. — Вы живы?

— Живее всех живых, — хмыкнул, ощупывая шею. Где ударили, всё ещё саднило.

— Что происходит? — его голос сорвался.