Ваша победа… Они попытаются убить вас, — повторил Зафир, глядя мне прямо в глаза. — Будь осторожен. Мы постараемся помочь и прикрыть.
— Хорошо, — кивнул, обдумывая услышанное.
— Один очень важный человек из нашего ордена в опасности, — добавил турок с заметным беспокойством. — Этот мир поможет ему.
Теперь понятно, почему Ростовский так хотел, чтобы договор был подписан. Но действует ли генерал по указке ордена или из-за давления со стороны брата-императора? Вот бы взять его и местного мастера, тряхнуть хорошенько и выяснить, что они там крутят на самом деле.
Но я уже решил не влезать в дела ордена. Мой путь, если и совпадает с их, идёт другой дорогой. Рядом, но отдельно.
— Вот! — Зафир протянул мне какой-то чёрный камень размером с куриное яйцо. — Это артефакт связи. Используй его в крайнем случае.
Глянул на тёмную породу, не спеша брать. Кто знает, что они туда ещё накрутили? В прошлой жизни научился не доверять «подаркам» заговорщиков, но всё же кивнул и принял камень, чтобы не обострять отношения.
— Всё, пора спать! — заявил турок и направился к своему артефакту, лежавшему рядом с его напарником.
Прям как в прошлой жизни, мне указывают… Так мило, что аж зубы сводит.
Лёг на кровать и закрыл глаза, камень сжал в руке. Вот бы был я артефактором и мог бы определить, какая в нём магия. Чтобы не рисковать, убрал подарок Зафира в пространственное кольцо.
Сон пришёл почти сразу, но я не назвал бы его мягким и мирным. В разуме постоянно крутились мысли, складывая и перемешивая кусочки гигантской головоломки.
Нужно признать, пусть и размах этого мира поменьше моего прошлого, но количество того, что меня тут удивляет, — намного больше. Да и число игроков на политической арене значительно выше. У всех свои цели и мотивы, а у половины я даже не знаю, что в головах. И это только подстёгивает интерес, разжигает азарт.
Открыл глаза, когда начало всходить солнце. Разбудил меня один из паучков по моему приказу. Поднялся. Турки ещё лежали. Тут же отправился в ванную, желая привести себя в порядок до пробуждения соседей.
Едва закончил с утренними процедурами, как услышал стук в дверь номера. Вышел из ванной и направился открывать. Выражение лица бея, не ожидавшего увидеть меня уже на ногах и полностью одетым, стоило запечатлеть для потомков.
— Утречка! — кивнул я, не сдержав лёгкую улыбку.
— Магинский? — впервые он обратился ко мне без презрения, в его голосе было только удивление.
— Бей? — ответил я с точно такой же интонацией, передразнивая.
