Двойник короля 11

— Ты враг! Убивал наших военных, разрушал орудия и здания. Этого более чем достаточно для твоей казни. Но, как правильно сказал, ты дипломат, которого пригласил сам султан для подписания мира.

— Ошибочка вышла? — хмыкнул я. — Могу идти?

— Нет, русский, — покачал головой начальник тюрьмы. — Помимо этого, незаконно купил русских рабов на рынке Бахчисарая.

— Чего? — поднял я бровь. — В смысле «незаконно»? Я заплатил! Причём, замечу, немалые деньги.

— Ты не имел права этого делать! — оборвал меня мужик. — Потом из-за тебя пострадала делегация.

— Из-за меня? — удивился я, чувствуя, как внутри закипает злость. — На нас напали ассасины султана и покрошили ваших же людей. Я, между прочим, помогал им отбиваться. Можно даже сказать, спас ваших представителей.

Маленький нож сверкнул в руке турка и уже в следующее мгновение воткнулся мне в плечо. Молниеносное движение, я даже среагировать не успел. Впрочем, боли не почувствовал. Кожа степного ползуна надёжно защитила от такого пустяка. Но виду не подал, для убедительности даже скривился.

— Следи за языком, шакал! — огрызнулся Халиль. — Как ты, варвар, смеешь обвинять нашего султана в убийстве своих же людей?.. Потом из-за тебя затонула гордость торгового и пассажирского флота Османской империи — «Жемчужина».

— Вообще-то из-за ваших же пиратов, — хмыкнул я, осторожно вытаскивая ножик.

Охранники тут же дёрнулись, и мне в затылок упёрлось дуло. Бросил миниатюрное оружие на пол. Сделал вид, что это движение и нож причинили мне боль.

Начальник тюрьмы с удивлением смотрел на сухое лезвие.

— Свидетели говорят, что это ты потопил корабль, убил граждан нашей страны, — продолжил он, не сбавляя напора.

— Так пираты, оказывается, ваши люди? — сдержал улыбку. — Они, случаем, не официально ли грабили суда? Может, ещё и с разрешения вашего монарха?

Мужик дёрнулся, и в следующее мгновение кристалл льда воткнулся мне в живот. О, вот это я почувствовал, холод пробрал даже сквозь мою защиту. Некритично, но неприятно.

— Ты хочешь смерти, сын шелудивой собаки? — встал начальник тюрьмы и подошёл. Он почти нависал надо мной. — Потом захватил судно, — продолжил перечислять мои «подвиги». — Так ещё посмел его получить в подарок от бея, угрожая расторжением мира. И тебе хватило наглости назвать судно именем дочери Нишанджи и оскорбить её!

— Пока всё сходится, — кивнул я, делая вид, что шепчу от боли. — Взгляд у нас, конечно, на ситуацию разный, но события те же.