Двойник короля 14

Потом тихо, но отчётливо произнёс:

— Суки!

Глава 10

Я стоял и смотрел на дверь. Металл потемнел от времени, петли заржавели, на поверхности виднелись царапины. Похоже, кто-то до меня пытался выбраться отсюда. Вот только безуспешно…

Ещё одно подтверждение, почему я не взял с собой никого из своих людей и монстров, — враги добрались даже до адвоката.

Жалко ли мне Сюсюкина? Да. Почему-то понравился этот мужичок. Тихий, заикающийся, но с железной хваткой в вопросах права. И то, что с ним сделали… Зря! Мысли искали выход, искали способ отомстить.

Мой суд продолжится с ним или без него, и это факт, но теперь у меня есть личные счёты.

Я прошёлся по камере. Четыре шага в длину, три — в ширину. Тесно, как в гробу. Сел на койку. Матрас жёсткий, пружины скрипят, подушка плоская, как блин.

Брать адвоката от суда я не планирую. Уверен, у него другие задачи и цели в моём деле. Но зачем тогда решили прислать? Передать какое-то сообщение?.. Кивнул сам себе. Ладно, подождём, послушаем, что там приготовили.

Снова взял документы, которые оставил Сюсюкин.

Бумага шуршала в тишине камеры. Мужик словно чувствовал, что может не дожить до суда. Каждая страница исписана его мелким, аккуратным почерком.

— И ведь, собака, не боялся… — хмыкнул я в пустоту.

А может, боялся, но делал свою работу. Это ещё более достойно уважения.

Бумаги легли в руки, и я начал внимательно изучать всё ещё раз. Стратегия защиты, ссылки на законы, прецеденты. Феноменальная память адвоката работала безотказно: он помнил даты, номера дел, точные формулировки статей.

План был хорош, даже очень хорош. Но теперь мне предстоит воплощать его самому.

Минуты тянулись медленно. В камере не было окон, поэтому судить о времени суток приходилось по звукам за дверью. Изредка проходили охранники, их шаги эхом отдавались в коридоре.

А я всё думал о том, как мои враги добрались до Сюсюкина. Авария? Конечно же! Водитель врезался в столб — как удобно, как предсказуемо.

Дверь моей камеры открыли. Вошёл мужик лет тридцати, с залысинами и в помятом костюме — слишком дешёвом.

Ткань блестела от частых носок, локти протёрлись. На запястье — старые часы на кожаном ремешке.

Он огляделся и тут же сам сел за стол — без приглашения, без церемоний. Поставил на столешницу видавший виды портфель, щёлкнул замками.

— Краснобогатько Станислав Кириллович, — представился он голосом, в котором слышалась усталость. — Адвокат столичного суда Российской империи.

Я кивнул ему и ничего не ответил, посмотрел внимательнее.