Двойник короля 14

Для него это был шанс на новую жизнь — стабильную, обеспеченную, с интересными делами, полную опасностей и приключений.

— Тогда мы обязательно выиграем, — сказал он с решимостью. — Я не подведу.

И я верил ему. Этот человек уже доказал, что готов идти до конца.

Нашу дверь открыли через два часа. Скрипнули петли, лязгнул засов. В проёме появился охранник — высокий мужчина со шрамом через всю щёку.

— На выход! — приказал он басом."

"Мы с адвокатом отправились в зал суда. По коридору шли молча. Сюсюкин держался уверенно, следов недавних травм почти не осталось, лишь лёгкая бледность выдавала пережитое.

Внутри зала обстановка изменилась. Не было военных-аристократов, только судья за своим столом и обвинитель. Каменев сидел бледный, но живой. Живот перебинтован, но майор держался прямо.

Мы заняли наши места за столом защиты. Стулья жёсткие, стол покрыт новыми царапинами — следы сегодняшней драки.

— Магинский, — тут же начал мужик в мантии. — Все ваши штрафы погашены.

Я хмыкнул, подумав: «А Булкин молодец, оперативно сработал.

— Ваша честь! — тут же поднялся Сюсюкин. — Рассмотрение дела без адвоката запрещено в нашей стране.

Он говорил твёрдо, без прежнего заикания. Превращение из робкого юриста в грозного защитника было полным.

— Граф отказался от претензий по факту его некомпетентности и сам себя представлял, — тут же вмешался Каменев с синяком под глазом.

Майор выглядел потрёпанно: мундир помят, на лице следы ударов. Но злоба в глазах горела ярче прежнего.

— Возможно, — повернулся к нему Сюсюкин. — Но это не меняет сути дела. Его ввели в заблуждение, сообщили, что я погиб! И сделали это лично вы. Обманули моего доверителя, заставили защищать себя без помощи юриста.

— Что⁈ — тут же возмутился майор.

Каменев подскочил на стуле. Лицо его покраснело, вены на шее вздулись. Контроль над собой он терял быстро.

— Именно так! — давил адвокат. — Введение в заблуждение подсудимого, попытка лишить законной защиты, недопуск в суд представителя… Ваша честь, да только этого хватит, чтобы закрыть дело и извиниться перед графом за то, что его права нарушили.

Сюсюкин поднялся с места, обводя зал взглядом.

— Я не думал, что в нашей стране так! — последнее слово он выделил особенно. — Так!.. Относятся к земельным аристократам и тем более военным.

Каменев хлопал глазами и губами, но слов не находил. Только рот открывал и закрывал.

— Но… но… — пытался что-то ответить.