Онлайн-библиотека книг
Похоже, «Двойник короля 15» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
На моём лице расцвела ухмылка.
Может, достать паучков или мясных хомячков и пусть они жрут его? Медленно, постепенно. Начнут с пальцев, перейдут на стопы, голени… Чтобы он ощутил всю прелесть наказания за такую «шутку»?
Сдержался пока. Сука! Сука! Управлять организмом стало в несколько раз сложнее. Эмоции накатывали волнами — то ярость, то паника, то желание заплакать от бессилия. Это просто… просто… Подростковые гормоны. Они бушевали в крови, как ураган. Воспоминания о собственной юности во дворце всплывали сами собой.
Стоял и дышал, чтобы успокоиться. Вдох-выдох. Медленно. Считал до десяти. Техника, которой меня научили воспитатели. «Эмоции — враг разума, Павел. Контролируй их, или они уничтожат тебя».
Зал для фехтования во дворце. Высокие окна, паркетный пол, стеллажи с деревянными мечами. Мне тринадцать лет, и я пытаюсь отразить атаку наставника. Капитан Левшин — бывший гвардеец с лицом, изрезанным шрамами.
— Защита, сопляк! — рычит он, обрушивая удар за ударом.
Деревянный меч в моих руках кажется неподъёмным. Мышцы горят от усталости, пот заливает глаза. Но останавливаться нельзя.
Промах. Клинок наставника врезается мне в рёбра. Боль пронзает тело, дыхание перехватывает. Падаю на колени.
— Поднимайся! — орёт Левшин. — Враг не будет ждать, пока ты отдышишься!
В углу зала стоит граф Святополк-Мирский, молча наблюдает. Его лицо — каменная маска: ни сочувствия, ни жалости.
— Ещё раз, — говорит он спокойно. — И ещё. Пока не научишься драться, как король.
И запах. У детского тела другой запах. Меня чуть не стошнило от осознания. Я снова ребёнок, снова слабый и беспомощный.
Подошёл к Алмазову и пнул козла ногой. Он простонал. Наклонился и вмазал ему пощёчину. Рука была слабая, детская, удар получился несерьёзный. Ещё одну, ещё. Блин, как же приятно. Хоть что-то, пусть несильно, но всё же удовлетворение от процесса оставалось.
— А-а-а, — простонал мужик.
Он медленно открыл глаза и уставился на меня. Мутный взгляд стал фокусироваться. На его роже постепенно расцветала улыбка, взор стал более осмысленным.
Алхимик вскочил, как ошпаренный.
— Чудо! — воскликнул Алмазов, оглядывая меня с ног до головы. — Я превзошёл себя…
Кабинет выглядел, как поле битвы. Разбитые колбы, разлитые зелья, книги, разбросанные по полу. В воздухе витали клубы разноцветного дыма — остатки неудачного эксперимента.
