Двойник короля 16

У многих на поясах висели короткие кривые сабли.

Хоровод коней кружил вокруг нас. Поднималась пыль, которая щекотала ноздри и оседала горьковатым привкусом на языке. Изольда стояла ровно и не двигалась, только сжатые кулаки выдавали её напряжение.

Я же пока выбрал наблюдательную позицию, расслабленно опустив руки вдоль тела, но внутренне готовый к любому повороту событий. Хотели бы атаковать — уже сделали бы это. Значит, у них другие планы, что только разжигало моё любопытство.

Один из всадников выдвинулся вперёд, останавливая своего коня так резко, что тот выбил копытами комья земли.

Это явно был их предводитель, он выделялся среди остальных более богатой одеждой. На тёмно-синем халате поблёскивали серебряные накладки, а шапка была отделана мехом какого-то зверя.

Лицо, изрезанное морщинами, выражало одновременно суровость и достоинство. Узкие глаза, обрамлённые сеткой морщинок от постоянного прищура под палящим солнцем, смотрели с холодной оценкой.

Длинные усы спускались по сторонам рта, а на подбородке темнела жёсткая борода, выбритая клинышком.

Он заговорил, голос его был резким и отрывистым, как удары плети. Слова, непонятные мне, звучали гортанно и странно, с непривычными интонациями. Монголы смотрели в мою сторону со странной смесью интереса и презрения.

— Это табунчи, — начала Изольда. Заметил, как она слегка прикусила нижнюю губу. — Зовут его Бат. По-нашему — командир отряда в пятьдесят-сто человек.

И он прибыл тебя встретить.

Хреновастенько, что язык мне незнаком. Было бы сильно проще, если бы я сам мог говорить, но это временная проблема, которую планирую решить как можно скорее.

Снова монгол что-то произнёс, сопровождая речь энергичными жестами. Его пальцы, унизанные массивными серебряными кольцами, рассекали воздух, подчёркивая сказанное.

— Он спрашивает, почему мужчина отправился на чужую землю один, без людей, и взял с собой женщину? — перевела мать перевёртышей, слегка наклонив голову, как будто сама была удивлена этому вопросу.

— Ответь ему, — не сводил взгляда с Бата. — Мне не нужны воины, я прибыл не сражаться. А ты моя наложница, которая знает язык.

Изольда перевела мои слова, и я заметил, как дёрнулся уголок рта Бата — то ли усмешка, то ли презрение. Монголы тут же заулыбались, обнажая крепкие желтоватые зубы. Кто-то хлопнул по бедру, кто-то засмеялся гортанным смехом.