Двойник короля 16

Капля крови скатилась по моей щеке из рассечённой брови, и я не стал её вытирать, зная, какое впечатление это производит.

— Не императору, а людям. Мы не пропустим монстров в Енисейск, если блокада будет снята немедленно. Если же нет… То у нас не хватит сил, ресурсов, да просто еды, чтобы сражаться. Поэтому, если вы пострадаете, как сегодня… Это не моя вина или моего рода, а императора! Ему зачем-то важнее воевать со мной, чем защищать своих граждан.

Лица в толпе мрачнели с каждым словом. Матери прижимали к себе детей, мужчины сжимали кулаки.

— Убийца! — выкрикнул кто-то, указывая на офицера. — Император жертвует нами!

— Долой блокаду! — подхватил другой голос.

— Граф защитит нас! — крикнула женщина, держащая на руках ребёнка.

Военные, стоявшие поодаль, начали подходить ближе, формируя полукруг возле меня. Их лица стали решительными, в глазах читалась готовность следовать за мной. Некоторые из них были моими людьми, других я видел впервые, но преданность ощущалась физически.

— Мы с графом! — заявил пожилой сержант с седыми висками и шрамом, пересекающим левую щёку. — Кто ещё с нами?

Сотни рук взметнулись вверх, сопровождаемые криками поддержки. Толпа расступилась, пропуская вперёд ещё больше военных — тех, кто был в городе, но пока не принял решение. Теперь они выбрали сторону.

— За графа! — кричали, салютуя мне.

Я кивнул им — благодарно и уважительно, как равным. Это был ещё один кирпичик в фундамент влияния.

— Сейчас, уважаемые граждане Енисейска, я прошу вас… — мой голос стал мягче, заставляя людей снова податься вперёд. — Позволить нам купить у вас еду, запасы, оружие, одежду, лекарства и зелья. Мои люди заплатят щедро, а я выделю городу дополнительно миллион для восстановления ограждений, ворот.

Я видел, как загорелись глаза у торговцев в толпе. Деньги всегда говорят громче слов. Но дело было не только в деньгах. Люди благодарны за спасение, напуганы возможностью новых атак и готовы сделать всё, чтобы обеспечить свою безопасность.

Из толпы вышел мужчина средних лет, с обветренным лицом и мозолистыми руками — явно торговец, судя по добротной, но практичной одежде. Он снял шапку и низко поклонился мне.

— Моя лавка отдаст всё, что есть, для рода Магинских, — произнёс громко, чтобы все слышали. — Половину — бесплатно, как благодарность за спасение. За остальное возьму только себестоимость.

Толпа одобрительно загудела.