И уж точно господин не стал бы думать о решении проблем какого-то Витаса. А Магинский, он другой…
Лейпниш невольно вспомнил, как Павел Александрович разрешил Борову привести его Люську. Или та история с рукой для Бори.
— Витас! — окрик Медведя вырвал из размышлений.
Фёдор бежал. СБИ напряглись, когда заметили махину, что рванула вперёд. Медведь предусмотрительно сбросил скорость и подошёл ближе, наклонился и шепнул на ухо:
— Взяли кого-то! Пытался пробраться в дом.
Сердце Лейпниша пропустило удар. Значит, наживка сработала.
Не привлекая внимания, он двинулся следом за Фёдором. Подошёл к своему домику и кивнул мужикам, чтобы те разошлись. Мысли в голове путались. Витас не знал дальнейших планов господина.
Он шагнул внутрь. В небольшой комнате, куда бросили оглушённого нарушителя, оказалась… девушка.
Пленница лежала на полу. Длинные тёмные волосы спадали вниз, словно шёлк. Тонкая талия, высокая грудь вздымалась под формой СБИ. Она пришла в себя.
Лейпниш упёр ей в горло меч. На точёном лице дамы застыло выражение испуга, но в зелёных глазах плясали искры ярости.
Витас методично обыскал нарушительницу, игнорируя её возмущённые возгласы. В карманах ничего не оказалось, но мужчина не собирался останавливаться. Не просто же так она сюда заглянула?
Пальцы скользнули под китель. Девушка возмутилась, когда коснулись её груди. Вот только Витаса интересовало то, что он нащупал в бюстгальтере — сложенный листок бумаги. Пленница дёрнулась, пытаясь помешать, но Лейпниш вытащил послание.
Тряхнул его и увидел письмо на монгольском языке.
— Скоро ты всё расскажешь, — произнёс спокойно, разглядывая бумагу дальше. — Осталось дождаться господина.
Витас нахмурился, глянув в окно. Сутки прошли, а Павел Александрович так и не вернулся. Что-то неприятно свербило в груди. Но приказ чёткий — ждать и следить за гостями.
* * *— Господин, с вами всё в порядке? — голос одного из моих охотников пробился сквозь пелену боли.
Я с трудом разлепил веки. Отряд окружил меня полукольцом, на лицах застыло беспокойство.
Перья копирующего журавля всё ещё торчали из груди, отдаваясь болью при каждом вдохе.
— Да! — выдавил из себя, сплёвывая кровь. — Забирайте всех и тащите к нам.
— Но… — мужик запнулся, пока меня разглядывал.
— Давайте! Схватили добычу и потащили к нам, — повторил я приказ.
Прикрыл глаза, и память тут же вернула меня к началу…
Первый морозный паук возник из ниоткуда — его полупрозрачное тело соткалось из воздуха прямо передо мной.
