Договорились? — спросил я, наблюдая за реакцией слуги.
— Что? — Жора удивлённо приподнял бровь. — Господин, я долго живу на белом свете, и меня мало чем можно удивить.
— Хорошо, — кивнул я, мысленно потянувшись к своим питомцам.
Два паука материализовались из воздуха, словно соткались из тумана. Их полупрозрачные тела размером с крупную собаку мерцали в свете свечей. Кристаллы на спинах пульсировали холодным сиянием, между пластин брони струились потоки морозной силы. Двенадцать глаз каждого существа переливались всеми цветами радуги, внимательно изучая человека.
"
"Жора застыл, его лицо побледнело до цвета мела. Глаза расширились, когда один из пауков бесшумно прошёл мимо слуги, оставляя за собой дорожку инея на полу.
— Господин… — Георгий рухнул на колени, его голос дрожал. — Вы… Вы смогли! Древняя сила рода вернулась!
На глазах слуги блеснули слёзы. Даже поперхнулся бульоном от такой реакции. Один из пауков дёрнулся на звук, но я мысленно успокоил его.
— Поднимись, — вздохнул, наблюдая, как существа занимают позиции по углам комнаты.
— Они просто погостят в особняке немного.
— Вы истинный Магинский! — Жора смотрел на меня с таким благоговением, будто перед ним явился сам император. — Теперь род возродится во всей своей славе! Ваш дед говорил, что однажды…
Слуга запнулся, его взгляд метался между пауками. Понятно… Снова какие-то клятвы и обещания. Всё, чтобы мне было проще жить.
— Ладно, — кивнул я, отставляя пустую тарелку.
Паучки уже освоились, один даже попытался забраться на шкаф.
— Ты иди, отдыхай. А я… — зевнул, чувствуя, как наваливается усталость. — Посплю.
— Но как же… — слуга всё ещё не мог оторвать взгляда от тварей.
— Жора, — улыбнулся устало, — всё под контролем. Они мои.
Когда за ним закрылась дверь, я добрался до кровати, чувствуя, как подгибаются ноги. Глаза закрылись сами собой… Мгновенно провалился в сон. Кажется, это самое приятное, что я испытывал за последнее время.
И тут что-то влажное и тёплое коснулось моего лица.
Я дёрнулся, готовый атаковать, но… Передо мной сидел водяной медвежонок, его хвост радостно вилял из стороны в сторону. Мутно-белые глаза смотрели с таким обожанием, что я невольно усмехнулся.
— Ты как из подвала выбрался, мелкий паршивец? — спросил устало, разглядывая довольную морду.
Медвежонок только фыркнул и, не дожидаясь приглашения, забрался на кровать. Его чешуя тускло светилась в темноте, между пластин пульсировали крошечные отростки.
