Двойник Короля 6

В глазах рыженького мгновенно появилась та самая холодная расчётливость старого алхимика.

— Магинский! — голос пацана сразу изменился, став жёстче и глубже. — Снова тебе что-то нужно от меня?

— Да, — достал из внутреннего кармана печать, полученную дядей Стёпой. — Ты сможешь заверить зелья и ответить на вопросы?

— Седьмой? — его глаза сузились. — Соврал мне, получается… — в голосе прозвучала искренняя обида.

— А не нужно было напиваться и устраивать мне проблемы, — парировал я, вспоминая тот спектакль в магистрате.

Дядя Стёпа взял в руки первый флакон, придирчиво рассматривая его на свету. Открыл пробку, понюхал, даже капнул на язык, прежде чем начать отвечать.

— Хемо, — поправил он, продолжая изучать зелья. — Людей с паразитом ошибочно называют так, ведь только родившиеся существа являются хемофагами. Водятся они на востоке, где есть государство из островов, вот там такой дряни полно, — он поморщился от очередного зелья. — Редкость в наших краях. И ты, Магинский, встретил их?

Старый алхимик уставился на меня с поднятыми бровями, в его глазах плясали искорки любопытства.

— Ага, — кивнул я, наблюдая, как он продолжает изучать зелья. — Везучий человек, что тут скажешь."

"— И не говори, — улыбнулся старик, но в этой улыбке не было ничего весёлого. — Эти твари — паразиты. Хемофаги заражают других, но только полноценные особи, — он отставил очередной флакон. — У них единственный инстинкт — размножение. Это всё, что я о них знаю.

— А носитель, если родила первого, то… — решил уточнить про Елизавету, но дядя Стёпа перебил:

— Это уже не человек, — пожал алхимик плечами, разглядывая зелье на просвет.

— Как их убить? — подался вперёд.

— Сжечь — самый лучший способ, — он шмыгнул носом и снова глотнул зелья. — Плохо. Руки бы оборвать, такую бурду делают.

— Ты не отвлекайся.

— Я закончил, — дядя Стёпа протянул мне печать. В его глазах мелькнуло сожаление.

— Выхухоль! — оборвал я мужика. Хватит с меня этих «радостных» новостей.

Лампа пришёл в себя и часто заморгал, словно просыпаясь.

— Тащи шкатулку, — кивнул я ему.

Хреново — это слабо сказано. Я прокручивал в голове ситуацию снова и снова. Старик — покойник, тут без вариантов. Стоит Елизавете родить ещё одно существо, и мой дед умрёт, высосанный этой тварью досуха.